СПОРТНа Ямале зазывают катамаранщиков на первый окружной чемпионат ЖИЛКОМХОЗ«Участие в собрании не принимали все жильцы дома». В Надыме выясняют, кто подписался за переход в другую УК КУЛЬТУРАВ Салехарде прошел премьерный показ «Хон Юш. Путь от Оби» Зинаиды Лонгортовой СПОРТАлександра Горячкина досрочно выиграла турнир претенденток ФИДЕ НОВОСТИИнтернет на Ямале может перегореть? СПОРТСалехардцы преодолели «Олимпийскую милю» ЗДОРОВЬЕ15 продуктов для шоколадного загара. Советы отправившимся на юга ямальским отпускникам ЭКОНОМИКАВ пределах нормы. Падеж оленей в Тазовском районе на контроле властей ОБЩЕСТВООтдых в порядке. Ямальские проверяющие готовы лично убедиться в этом в оздоровительных лагерях Тюмени ОБЩЕСТВОВ России изменились правила выезда детей за границу ОБЩЕСТВОИнтересное за ночь: Анатолий Карпов верит в победу Александры Горячкиной, китаец создал бота для переписки с возлюбленной, а Нотр-Даму не отдали обещанные пожертвования ВЛАСТЬЕдинороссы определились с кандидатами на выборы в салехардскую Думу ПРОИСШЕСТВИЯНа Ямале утонули мужчина и ребенок ВЛАСТЬВ России осенью откроют цифровые избирательные участки ЖИЛЬЁКак не разориться на жилье-2. Советы родителям ямальских студентов ЗДОРОВЬЕМедицина перебирается в Сеть. Что из этого ямальцам? НОВОСТИГубернатор поздравил медиков с профессиональным праздником ОБЩЕСТВОЯмальские общественники инспектируют детские площадки ЗДОРОВЬЕВ Салехарде у доноров не смогли принять кровь на Всемирный день донора ОБЩЕСТВОЯмальский блогинг: есть ли шанс поднять миллион? ЭКОНОМИКАНалоговая предупреждает ямальских предпринимателей: кто не отчитался, тот – виноват! ОБЩЕСТВОЯмальцы один за другим гибнут на воде ОБЩЕСТВОНовоуренгойские путешественники прошли мокрым волоком до Енисея ПРОИСШЕСТВИЯСалехардскую УК оштрафовали за сосульки на крышах ЗДОРОВЬЕНе бегать по кабинетам. Детскую диспансеризацию могут сократить до двух часов

  • Этот день прервал наше детство

    22.06.2011 07:36:32

    Этот день прервал наше детство

    22 июня 1941 года.  Этот день навсегда войдет  в историю нашей страны.  Из многочисленных книг, воспоминаний и фильмов каждый из нас знает,  как развивались  трагические  события. А как вспоминают 22 июня  очевидцы? С таким вопросом «Красный Север» обратился к ямальцам. Оказалось, они помнят этот день  до мельчайших подробностей.

    Александра Николаевна Пьянькова, Надым:

    – В 1941 году мне было всего шесть лет, но 22 июня я помню очень хорошо. В нашу деревню известие о войне пришло после обеда – далековато мы жили не только от областного, но и от районного центра.

    Был теплый воскресный день. Вся наша семья: мама, папа, я и два брата – сидели за столом и пили чай из большого семейного самовара. Такими днями, как этот, мы дорожили, ведь выпадали они нечасто, поскольку тогда работать на селе приходилось много и трудно. Мы о чем-то разговаривали, шутили, и вдруг наше внимание привлек всадник, который ехал по улице и громко  выкрикивал страшное слово: «Война, война…»

    Из домов стали высыпать люди. Вскоре возле сельсовета добровольцы уже записывались на фронт. Помню, я удивилась тому, что среди них было много девушек. В числе первых ушел на фронт и мой старший брат Павел, через несколько месяцев – средний Володя. А в декабре 1941 года мы с мамой провожали уже и отца.

    И сейчас сердце щемит, как вспомню его удаляющуюся фигуру и наше с мамой чувство, что остались мы теперь совсем одни…

     

    Леонид Андреевич Землянский, Надым:

    – Наш отец работал в 1941 году в Крыму, в двенадцати километрах от Феодосии, где строился завод по производству торпедных катеров.

    Родители, моя старшая сестра, я и младший братик дружно жили в одной из комнат служебной коммуналки. Жизнь шла своим чередом: в мае я с почетной грамотой окончил третий класс, а 21 июня мы радовались за учеников школы, которые праздновали выпускные вечера. Знаете, была тогда такая традиция: 22 июня они гуляли всю ночь напролет, а утром встречали рассвет как своеобразный символ начинающейся новой жизни.

    Но оказалось, что в 1941-м этот рассвет не сулил ничего хорошего. Утром меня разбудил странный отдаленный гул. Взрослые уже не спали, то и дело до меня доносились хлопанье дверей и их приглушенные голоса. Взрослые предполагали, что это какие-то учения наших войск на Черном море. Однако настораживала сила взрывов и то, что они продолжались слишком долго.

    Мы ждали сообщений по радио, но из динамиков доносились патриотические песни. И в полдень прозвучало обращение Молотова, в котором говорилось о том, что на Советский Союз напала гитлеровская Германия и ее авиацией нанесены бомбовые удары по Киеву, Одессе, Херсону, Бресту и другим городам. Мы же слышали бомбежку Севастополя.

    А в августе отец ушел на фронт. Он обнял меня на прощание и сказал: «Ты остаешься за меня и теперь будешь в семье старшим мужчиной…» И все последующие годы я действительно был в семье старшим мужчиной. А папа с войны так и не вернулся…

     

    Борис Григорьевич Пуртов, председатель Красноселькупского районного Совета ветеранов войны и труда:

    – Каким запомнилось мне 22 июня 1941 года? Самый обычный летний день. В нашей деревне Иска-Чебаково, что в Нижне-Тавдинском районе Тюменской области, текла самая обыкновенная жизнь. Ничего особенного: мы, ребятня, помогали маме управляться по хозяйству, отец был на работе.

    Было мне на тот момент шесть с половиной лет. О том, что началась война, мы узнали по радио. В деревне был радиоузел, а динамик висел на конторе лесопункта. Вспоминается сейчас вмиг охватившая всех деревенских грусть, боязнь. Даже мы, ребятишки, притихли.

    В первые же дни войны на фронт ушли мои дяди – Александр и Павел. Еще хорошо помню, как привезли повестку отцу и мы его провожали. Маме дали телегу с лошадью, чтоб довезти папу до сборного пункта. Я проводил отца от деревни до леса. Прощаясь, он поднял меня на руки, поцеловал и сказал: «Слушайте маму».

    От леса я побежал домой, но всё время нет-нет да останавливался, оглядывался.

    С самых первых дней войны мой брат Георгий работал наравне с взрослыми на сплаве, на лесопункте, а мне мать поручила заниматься заготовкой дров для дома. На каникулы я уходил в соседнюю деревню к бабушке и работал в колхозе, зарабатывал трудодни.

     

    Антонина Кузьминична Заводевкина, ветеран ВОВ, ветеран педагогического труда, жительница Красноселькупа:

    – В июне сорок первого мне было двенадцать лет. Жили мы в глухой деревеньке Юрково на Смоленщине. Понятно, что ни радио, ни газет, никаких других источников информации там не было. В один из июньских дней примчался в нашу деревню ездовой, посыльный, который и сообщил, что началась война. Он же привез и повестки нашим отцам, братьям, мужчинам всей деревни.

    Что тут началось! Плач, слезы, оцепенение. А потом в деревне наступила какая-то оглушающая тишина. На второй день мужчины стали уходить на фронт.

    А спустя несколько дней тишину нашей деревни нарушил рев техники, мотоциклов, танков. В Юрково вошли немцы. Два года с лишним мы прожили на оккупированной территории. Красная Армия освободила нашу деревню в сентябре 1943 года.

    Каким мне запомнилось 22 июня 1941 года? Став взрослее, я поняла: этот день прервал наше детство.

     

    Опрос провели Елена ПЕККА и Маргарита ПЯК

     

     

     

     

     

  • Комментарии

    • Комментарии
    Загрузка комментариев...