-13...-15°C

16+
  • «На ход событий повлияли мешки с мукой»

    16.08.2014 01:06:31

    «На ход событий повлияли мешки с мукой»

    Об этом рассказывают выжившие участники конвоя БД-5.

    12 августа 2014 года исполнилось 70 лет с того дня, как немецкая подлодка «U-365» потопила «Марину Раскову» и её проводников.

    В 1944 году в 60 милях от острова Белого были подбиты три судна из четырех. Два сопровождающих тральщика и сама «Марина». На ее борту было много гражданских. И хотя спасательная операция проводилась с 14 августа по 1 сентября.

    Из 752 участников конвоя трагедия унесла жизни 378 советских военнослужащих и работников тыла. Погибли дети и женщины – семьи людей, работающих в Арктике. О судьбе 66 человек до сих пор ничего неизвестно.

    – Конвой шел по мелководью, – отмечает Сергей Шулинин, общественный руководитель проекта «Карские экспедиции». – Глубина была всего 40–60 метров. Считалось, что подлодки не действуют в таких условиях. Когда «U-365» стала торпедировать конвой, командованию не сразу удалось установить причину подрыва. Первоначальная версия – мины. Дело в том, что в трюме, куда попала торпеда, перевозили мешки с мукой. Они и сыграли свою роковую роль, погасив детонацию.

    Информацию о том, как шли, как спасали, воспоминания выживших и архивные документы Сергей Шулинин собирает по крупицам. В его личном архиве множество документов, которые помогают восстановить картину тех событий. Уникальные документы – воспоминания родственников участников конвоя. Сегодня налажена связь с родными более чем ста очевидцев.

    Когда человек увлечен делом по-настоящему, случаются чудеса. Для Сергея Шулинина одним из таких подарков судьбы стало знакомство в Интернете с Виктором Перчуком – одним из шести участников конвоя, дожившим до наших дней. Удивительно, но он сам вышел на связь. Вычитав на сайте «Полярная почта» о проделанной работе, поблагодарил салехардского краеведа за кропотливый труд. Завязалась переписка. Вопросы. Ответы. Так в истории гибели «Марии Расковой» появились новые страницы.

    – Я, когда прочитал письмо, поверить не мог тому, что это происходит со мной. Вы представьте только, сколько ему лет! Человек 1924 года рождения. Хотя позже, узнав его поближе, понял, что по-другому и быть не могло, – рассказывает Сергей Шулинин. – Сначала я думал, что переписку от его имени ведет кто-то из родственников, потом убедился, что он сам отвечает на мои вопросы. Все просто! Виктор Львович – технарь и хорошо владеет компьютером. Это уникальный человек. Кстати, в первом письме он сообщил мне не о себе, а своем друге Славе Бечине, с которым служил на тральщике. О себе ни слова. Только проверяя информацию, я выяснил это. И он подтвердил.

    «Да, я действительно тот самый Виктор Львович Перчук, награжденный медалью Нахимова, орденом Великой Отечественной войны и другими орденами и еще многими медалями. Это я переключал реостаты в ходовой рубке тральщика 116», – написал он.

    А еще, помните, не так давно на Ямале проходил Арктический форум? Группа специалистов из Санкт-Петербурга в самолете, листая местную прессу, заинтересовалась статьей о «Карских экспедициях». Ребята серьезные. Им не понадобилось много времени, чтобы найти нужные телефоны. Они предложили свою помощь в поисках судна. Предположительно поиски будут проводиться в конце августа – начале сентября. Планируется не только найти пароход, но и установить на нем памятную табличку. Ведь судно, как и человек, пока не найдено, считается пропавшим без вести. У питерских специалистов имеется современное оборудование, с помощью которого будет проведена глубоководная фото- и видеосъемка. Эти кадры станут частью документального фильма о трагической гибели конвоя БД-5.

    На руках у краеведа Сергея Шулинина есть копии вахтенного журнала с подлодки «U-365», потопившей конвой. В нем, само собой, на немецком языке, описан процесс торпедирования. Одной из последних фраз за 13 августа значится такая: «Всплыли, чтобы добивать суда».

    Позже ее саму потопили англичане. По имеющейся информации, капитан немецкого судна наград за уничтожение конвоя не получил.

     

    ИНИЦИАТИВА

    Военный видеоархив разберут на секунды.

    На острове Белом возобновят поиски братской могилы людей с кунгаса, который прибило сюда после трагедии на судне «Марина Раскова».

    Поиски захоронения – одно из мероприятий, которое проведут на Ямале в рамках проекта «Карские экспедиции». Местоположение самого кунгаса стало известно в прошлом году. Его осталось только перевезти в Салехард и решить, где он будет храниться. А вот останки придется искать. Их, по имеющейся информации, несколько раз перезахоранивали.

    – Возможно, мы перевезем их в окружную столицу, – отмечает Андрей Нестеров, участник губернаторской сотни. – Кроме того, в рамках проекта, который я представлял в «сотне», готовится еще ряд мероприятий. Начнется масштабная работа с крупнейшими архивами страны и базами данных, в которых хранится информация о боевых действиях во время войны. Мы хотим собрать всю имеющуюся информацию в Книгу памяти. Нужно проверить и уточнить данные почти по четырем тысячам фамилий. Для этого важны документы, подтверждающие боевые действия, в которых принимали участие наши земляки. Доподлинно известно, что много ямальцев полегло в Ленинградской области. Туда ежегодно ездят ямальские поисковики. Объединить и скоординировать их работу – еще одна наша задача.

    В рамках проекта «Карские экспедиции» планируется работа по созданию документального фильма с архивными кадрами тех лет. С этой целью в Москве специалисты изучат километры видеоматериала, чтобы найти нужные кадры.

     

    ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ

    Незавершённый курс на Диксон.

    Виктор Перчук, доктор технических наук, профессор:

    – Примерно 10 августа 1944 года мы вышли из Югорского Шара и взяли курс на Диксон. Впереди шел наш флагман Т-118, а за ним, на удалении одной мили, – «Марина Раскова». По ее бортам тоже примерно на удалении одной мили слева шел 114-й, а справа – наш 116-й. Скорость хода была примерно узлов десять.

    Я, как обычно, стоял на вахте, на посту размагничивания в ходовой рубке. Переключатели токов были довольно увесистыми, а корабль все время ходил противолодочными зигзагами. Мне постоянно приходилось отслеживать его курс и регулировать токи в обмотках в соответствии с таблицами, которые висели перед моими глазами. Трюмы судна были забиты мешками с мукой, консервами, крупами и другими продуктами. В специальных помещениях везли в бочках чистый спирт.

    Когда произошел взрыв, то капитан судна решил, что взорвалась магнитная мина. Была дана команда «Стоп, машины!» и потому машинисты выпустили часть пара из котлов. По этой причине наш командир и предположил, что на «Марине» взорвался котел. Судно несколько осело. Выяснилось, что в центральном грузовом трюме пробоина. Поступившая в трюм вода превратила муку в тесто, которое каким-то образом несколько ограничило поступление воды из пробоины. Да и взрыв по этой же причине был глухим.

    …Спустя время «сигнальщик доложил нашему командиру, что наш катер мчится к нам со стороны кормы корабля на полном ходу, а офицер, стоящий на носу катера, машет нам двумя руками.

    Через несколько минут катер причалил к трапу. Наш училищный капитан-лейтенант выскочил из катера в одно мгновение и буквально через несколько секунд оказался на командирском мостике. Он тут же доложил командиру, что видел два перископа подводных лодок по корме корабля и что нам срочно нужно уходить из этого района пока нас не потопили, как 114-й и 118-й»...

     

    Екатерина ЗОЛОТАРЁВА

    zolotareva_ks@bk.ru

     

  • Комментарии

    • Комментарии
    Загрузка комментариев...
Яндекс.Метрика