ЗДОРОВЬЕТаркосалинцам за прохождение диспансеризации дают скидку в аптеке ЗДОРОВЬЕУ ноябрян смогут выявлять рак на ранней стадии с помощью нового оборудования НОВОСТИ18 кубков и одно падение. В Салехарде прошел полумарафон «Полярный круг» НОВОСТИ50 кг жареной картошки, 200 литров чая и гематоген из оленьей крови. Репортаж с Обской ярмарки в Мужах НОВОСТИИз ямальского чума можно Кремль увидеть НОВОСТИНациональную «кубышку» могут открыть для финансирования суперпроекта в ЯНАО НОВОСТИНа Ямале пробежали легкой трусцой до… женского концлагеря ОТПУСККак ямальцу добраться до Кореи за семь тысяч рублей СПОРТМастер по северному многоборью стала послом ГТО на Ямале НОВОСТИДайджест Арктики: северные добровольцы – жизнь ради помощи другим ОБЩЕСТВОЯмал за пять лет расселит миллион «квадратов» аварийного жилья НОВОСТИКнижная полка. Текст, Щегол и Зулейха КУЛЬТУРАРепрессированных основателей Аксарки увековечили в бронзе СПОРТНи ветер, ни буря не страшны. Салехардские полумарафонцы побегут в любую погоду ПОЛИТИКАСалехардским депутатам вручили удостоверения НОВОСТИС дипломом и правами. В Салехарде открыты платные курсы оленеводов ОБЩЕСТВОВ Муравленко на трансформаторной подстанции «поселятся» космонавты ОБЩЕСТВОВ Салехарде дожди мешают закрыть сезон пикников ОБЩЕСТВО#Семейный_альбом89: лабытнангская биатлонистка ностальгирует по демонстрациям ПРОИСШЕСТВИЯНападение пьяного водителя на автоинспекторов в Салехарде попало на видео ПОЛИТИКАЯмал и Башкортостан договорились о расширении сотрудничества ОБЩЕСТВОТерриторию возле озера Лебяжьего благоустроят в следующем году НОВОСТИЯмальские синоптики прогнозируют снег уже на ближайшей неделе ОБЩЕСТВОЯмальцы сажают деревья, помогая лесу жить ПРОИСШЕСТВИЯПострадавшему на карусели четырехлетнему новоуренгойцу выплатят компенсацию

4...6°C

Конкурс Живем на севере
16+
  • Спасая ребёнка, северянка проникла в стан ИГИЛ*

    04.02.2016 16:41:00

    Спасая ребёнка, северянка проникла в стан ИГИЛ*
    Рискуя собственной жизнью, она вывезла из-под носа боевиков овдовевшую дочь.
    Повстречав нашу героиню на улице, вы вряд ли заметите в ней что-то необычное. До недавнего времени она и сама не подозревала, что способна сотворить чудо.
    В одиночку, не зная английского и практически наудачу, северянка Замира нелегально проникла в Сирию с одним намерением: любой ценой вызволить из лап террористической группировки беременную дочь. Почти месяц она прожила под бомбежками среди фанатиков, в самом сердце так называемого «Исламского государства»*. И вернулась назад – живая, не одна.

    НАЧАЛИ НОВУЮ ЖИЗНЬ С ОБМАНА
    Асият была самой обычной девушкой: за плечами техникум, заочное отделение вуза, многолетние отношения со сверстником. «Были дети как дети – счастливые, влюбленные», – вздыхает ее мать. Она не замечала ровным счетом ничего необычного в поведении дочери – до 2013 года, когда в гардеробе той брюки с юбками сменились длинными платьями, а голову начали покрывать платки. Родительские нотации не помогали – девушка не спешила прощаться с хиджабом. Зато попрощалась с работой, где смену стиля тоже не оценили…
    А вот на личной жизни нежданная религиозность не отразилась никак. Следующей зимой пара сыграла свадьбу. Супруги мирно прожили пару месяцев, а в начале 2015-го срочно засобирались по горящим путевкам в Дубай, где давно мечтала побывать Асият.
    Женщина провожала дочь с тяжелым сердцем: та, казалось, что-то утаивала. Позже выяснилось, что всю дорогу до аэропорта девушка прорыдала. «С мамой поссорилась» – так она объяснила слезы знакомому автомобилисту. А еще перед отъездом уволилась с новой работы…
    Слишком поздно в семье мужа вспомнили, что он как-то раз завел речь о поездке в ИГ – и тогда близкие не восприняли это всерьез…
    Молодожены улетели в Москву, оттуда в Уфу и… пропали. Наконец, отчитались: на месте, отдыхают вовсю. Но Замира затребовала фотографии и поняла, что обретаются супруги вовсе не в ОАЭ.
    – Они всё-таки признались, что на самом деле едут в Сирию. У меня была истерика: «Дети, не надо, там война, вас убьют…» Но они не слушали увещеваний, только твердили, что там живут по шариату и никто не будет их притеснять. Еще всё упирали на то, что налогов нет и квартиру просто так дадут... – говорит Замира. Тяжести удару добавила еще одна новость: оказалось, дочь покинула страну на втором месяце беременности.

    В ТРАУРНОМ ЗАТОЧЕНИИ
    – Лишь добравшись до точки назначения и увидев, в каких условиях там живут люди, они испытали шок. Дочь плакала, и было из-за чего. По приезде она заболела, а лекарств нет, плюс смена климата, документы забрали, мужа сразу увели… У нее был панический ужас. Хорошо хоть телефон остался – писала эсэмэски. Отправила фотографию, какое у них там жилье. В квартире буржуйка, которая топится соляркой или мазутом, антисанитария... Но, несмотря на это, она по-прежнему твердила: «Надо терпеть, пройти испытание, мы же совершили хиджру (переселение верующих. – Прим. авт.)», – вспоминает женщина.
    Несколько месяцев мать кое-как держалась на успокоительных. Просила помощи у правоохранителей, но их вмешательство уже ничем не могло помочь. Выручил случай: знакомые, побывав на Кавказе, услыхали о жительнице Чечни, которая вывезла из ИГ двоих сыновей. Рассказали об этом отчаявшейся Замире, и та потеряла покой.
    – Мне дали ее номер телефона, я с ней связалась. И решила ехать за своим ребенком, чего бы это ни стоило. Не знала, вернусь ли вообще, но я просто не могла спать, есть… жить.
    Летом зять женщины погиб, и контакт с дочерью прервался. На связь Асият могла выйти только из интернет-кафе, но, как оказалось, обязана была неотлучно находиться дома в трауре по покойному – в Сети появлялась лишь ее еще не овдовевшая соседка по квартире.
    А мать уже готовилась к поездке, собирала деньги на оплату перехода границы. Вскоре она была в турецком городе по соседству с Сирией. Переправляться планировала не с пустыми руками.
    – С собой был тяжелый рюкзак и еще две сумки. Говорили, что там очень некачественная еда. Беременность, голод – надо было подкормить дочь. Вот я и набрала продуктов из тех, что не портятся, – говорит Замира. Рассказ о поездке с гостинцами в логово международных террористов в ее устах звучит страшно и обыденно.

    НА НЕЛЕГАЛЬНОМ ПОЛОЖЕНИИ
    Ночь в аэропорту, несколько дней мучительного ожидания в гостинице – и наконец, на связь вышли посредники, которые взялись свести Замиру с проводниками. Энная сумма перекочевала в карман незнакомца, поджидавшего женщину на улице, а через пару часов ее уже везли в приграничную деревню... Той же ночью в компании нескольких местных жителей она ступила на тропинку, ведущую в неизвестность.
    – Один из ребят взял мой рюкзак, сказали, что надо бежать. Побежали... И я с разбега налетела на колючую проволоку почти до пояса. Упала и не знаю, как освободиться, – вспоминает женщина. – Тишина гробовая, темно – хоть глаз выколи. Изо всех сил рванулась, от платья клочья оторвались, чувствую, разодрала ногу: обувь теплая, липкая, кровь течет. И вижу, что осталась одна. Что делать, куда идти? Начала звать на помощь. Из темноты прямо передо мной возник араб – закрыл рукой рот. Всё время показывал, чтобы молчала, и бежали мы пригнувшись. Это сейчас понимаю, а тогда даже не осознавала, что нас там могут подстрелить – граница ведь. Потом была еще одна колючка, через нее перебралась уже без приключений. Бежали, наверное, километров шесть. В конце я просто свалилась, и меня долго не могли привести в чувство…
    По ту сторону Замиру дожидалось авто. Заночевав в арабской семье, следующим утром она выехала в Эр-Ракку. Уже на месте женщина столкнулась с новой проблемой. Где именно в городе живет дочь, она так и не смогла выяснить.
    – Приехали, он спрашивает: куда вас везти? А я не знаю, что делать. Говорю «хотель»...
    Найти гостиницу в «столице» террористической группировки, которая до смерти не любит праздных гостей, – задача, конечно, нетривиальная. Водитель не стал ломать голову: останавливал местных жителей, пока один из прохожих не принял женщину на поруки и не привел домой.

    БЕСПЛАТНО ТОЛЬКО… МУРАВЕЙНИК!
    – Я даже не знала, кому меня оставляют. Просто решила: будь что будет, даст бог – доеду до дочки. Общались жестами. Всё время плакала, показывала фотографию зятя. Жена араба не знала, как меня успокоить, тоже показывала фото – я так поняла, он был учителем когда-то. Они кое-как объяснили, что работы теперь нет: школы разбомбили. Предложили прилечь отдохнуть. Как проснулась, показали: пора идти, взяли мои сумки. Привели к какому-то посту – будка, люди с оружием. Один что-то у меня спросил, а я только мотала головой и говорила «русиш, русиш». Показывала фотографию и плакала.
    «Игиловцы» начали тормозить все проезжавшие машины, пока в одной не нашелся русскоговорящий – узбек. Его заботам и вверили Замиру. Мужчина отвез ее домой коротать время с женой и отбыл на поиски. Вернулся быстро, часа через полтора.
    – Пришел и говорит: я нашел вашу дочь. Я просто зарыдала – не могла в это поверить. Поехали, там были четырех-этажные дома, старенькие такие. Подвел машину к одному подъезду и говорит: выходите, она на четвертом этаже в квартире слева. Я поднялась наверх. Когда увидела Асият – могла только плакать, целовала ее: «Доченька, доченька…» И больше ничего не в силах была сказать. И она мне: «Мама, мама… как ты приехала?..» Или не знала, что еду, или, может, не верила, что найду. Ведь уже из Турции я писала ее соседке, но она мне так и не назвала адрес.
    Квартира, где ютилась девушка, в реальности произвела еще более тягостное впечатление, чем на фото. Оглядевшись по сторонам, мать долго приходила в себя:
    – Стены все в копоти (видимо, от буржуйки), воняет соляркой, всюду муравьи, грязь. Окна, двери страшные, сто лет, наверное, краски не видели… С дочкой жили русская девушка с трехмесячным ребенком (потом мне сказали, что рожала она прямо там) и лезгинка, у каждой было по комнате и общий зал. В зале стояло что-то вроде кондиционера, в который надо было воду наливать. Когда давали свет, они под ним пытались спать. Иначе вообще невозможно было: мало того что всё время лезут муравьи, так еще и жара.
    Потом, уже успокоившись, Замира спросила: вот такие квартиры вам тут дают?

    О ВОЗВРАЩЕНИИ – НИ СЛОВА
    Северянке пришлось привыкать и к другому – стрельбе и бомбардировкам.
    – Я практически не спала – боялась. Гул самолетов всё время, бомбы падают. Ложишься и думаешь: вдруг на наш дом? Если поближе кинут, чувствуется взрывная волна…
    Пугал до дрожи и каждый шорох за дверью, каждый стук. Новый человек в квартире, естественно, не остался незамеченным. В первый же день явились «представители власти». Неизвестный потребовал оба паспорта и сотовый Замиры – телефон после вернули, а документы пропали с концами. По ее душу приходили еще дважды. В первый раз женщину обвинили в намерении забрать дочь и получении помощи от «кафиров» – неверных. Во второй сообщили, что она представляет опасность для «государства» и их обеих отправят на территорию Ирака (там, по слухам, было еще менее «привольно», чем в Эр-Ракке). Потом заставили клясться Аллахом, что женщина не приехала шпионить и не замышляет ничего преступного, в частности, вернуть Асият домой.
    То ли визитерам хватило клятвы, то ли переубедить их помогли другие меры, которые принимала жительница округа. С первых дней она завоевывала доверие соседок по квартире и дому. Рассказывала, что приехала, как минимум, дождаться родов и подумывает остаться насовсем, что муж и вторая дочь тоже готовятся нанести визит. Затеяла в жилище ремонт. И ни под каким соусом не поднимала самую важную тему:
    – Я не упоминала о возвращении при чужих, меня сразу предупреждали об этом. Говорили: даже ваш ребенок может рассказать… Конечно, я боялась. Просто о доме – и то всегда говорила в отсутствие девочек, которые с нами жили.

    «МАМА, Я ХОЧУ СНЕГ…»
    Пару раз, правда, женщина всё-таки срывалась. Например, когда соседка поздравила одну из жительниц дома со свеженьким шахидом в семье: у той в боевых действиях погиб сын.
    – Высказалась резко. Вы вообще, говорю, нормальная? Как можно поздравлять мать, которая потеряла ребенка? И все перестали со мной разговаривать, смотрели, как на дуру… Я поняла: с ними надо говорить только на их языке, а спорить опасно, – вспоминает женщина. По счастью, излишнего внимания инцидент не привлек.
    Настроения дочери, с которой Замира старалась проводить как можно больше времени, постепенно менялись. Она отказалась от траурного заточения и начала бывать на улице. Приносили плоды и осторожные попытки «политических бесед». Мать отмечает, что перемены начались примерно тогда же, когда она убедила Асият отказаться от меда, который та понемногу принимала каждый день. Женщина подозревает: попавших в ИГ одурманивают не только идеологически, но и более приземленными способами…
    А однажды девушка просто сказала: «Мама, я хочу снег…»
    Замира нашла интернет-кафе для связи с домом и пару недель вела ничего не значащие беседы, рассыпаясь похвалами террористическому государству. И тем временем с опаской присматривалась к посетительницам и персоналу – нет ли соотечественников? Наконец, решилась: назначила день побега, отправила своему контактеру сфотографированную украдкой вывеску кафе и снимок своей приметной сумки (среди дам, укрытых по шариату с головы до пят, попробуй распознать нужную). И снова потянулось ожидание, в этот раз вдвойне тягостное.
    – В назначенный день с дочкой пошли в это кафе, просидели там часа два с половиной – ждали. За нами никто не пришел. Написала, что буду приходить одна, а за дочкой сбегаю, когда появится связной. Второй день, третий – опять никого, хотя всё говорили «жди-жди»… Перестала спать и есть. Думала, не заберут, никогда уже не выберемся. Вот эти дни были самыми страшными. На четвертый день шла без надежды, как робот, сомневалась вообще, стоит ли. И тут увидела машину, которая меня привезла в город, и того же мужчину за рулем. Удержалась, не подала виду. Зашла в женскую комнату – а в углу сидит жена водителя! Я разрыдалась, бросилась ее обнимать, целовать – она меня быстро остановила…

    НАПЕРЕГОНКИ С ПОЛИЦИЕЙ
    Из опостылевшей четырех-этажки женщины уходили так быстро, как могли, чтобы не привлечь излишнего внимания. Авто доставило беглянок в отдаленную деревню, где они отсиживались почти три дня. Наконец, хозяин дома вновь повез их неизвестно куда… и высадил прямо у дороги. Объяснил: сейчас за ними приедут.
    – Был дикий ужас: мы стояли на открытой местности, у дороги только три редких ряда деревьев – негде спрятаться. Я давай молиться. Никогда в жизни не боялась так. И вот едет мотоцикл, за рулем мужчина – смотрит на нас, а у нас душа ушла в пятки. Проехал, оглядываясь. Следом еще два мотоцикла – на одном трое, на другом двое, и тоже смотрят… А я даже не знаю, кто нас должен забрать. Потом смотрю, этот первый развернулся и обратно едет. И нас так рукой манит. Думаю: всё, убьют…
    Но мотоциклист просто разглядел в руках Замиры сумку с фотографии – признал «клиенток». Кое-как умостив на байк дочь с восьмимесячным животом, а сама практически повиснув за ее спиной, женщина уже привычно вверилась в руки судьбе.
    Еще одна ночевка – и ранним утром беглянок повезли к границе. Ее снова пришлось перебегать – по кукурузным полям, канаве, где россиянки скинули черные никабы, вернувшись к обычной одежде, и, наконец, из последних сил просто по пустырю – к дороге, на которой ждал автомобиль перевозчиков и… курсировала полицейская машина.
    – Едва она удалилась, проводник на повышенных тонах потребовал: бежать, бежать, быстро! А место полностью открытое. Это было как в страшном фильме, когда переживаешь за героя – лишь бы он смог. Только там мы сами оказались в главной роли. Я бежала с одной мыслью: «Господи, помоги!» И всё время оглядывалась на дочку. Она придерживала живот и тоже, как могла, вразвалку семенила. Я думала, если она сейчас не добежит, если мы жандармам попадемся – всё, это тюрьма. Но мы добежали.

    P.S.
    Потом снова была Турция, ожидание на «конспиративной квартире», пока придет выкуп (что было бы, если бы деньги не поступили, – вот вопрос), приезд мужа Замиры и возвращение в Стамбул…
    Приходя в себя, Асият радовалась любым мелочам – еде, походам по магазинам, мороженому, которое всегда любила. И уже не вспоминала о словесах идеологов терроризма и «радостях» жизни по уставу, чуждому истинной вере. Теперь ее мысли занимала дочурка, вот-вот готовая появиться на свет. Итак, дочь сама стала мамой, Замира – бабушкой, а округ – на одну маленькую северянку богаче.Как вернуть потерявшего дорогу ребенка к нормальной жизни? Мать, ступившая следом за дочерью в военный ад, ответ для себя нашла:
    – Надо просто быть рядом.

    *ИГИЛ – запрещенная в России международная террористическая организация.

    Данил Колосов

    Автор
    +7 (34922) 4-70-30
    kdv-ks@mail.ru

  • Комментарии

    • Комментарии
    Загрузка комментариев...