НОВОСТИВ Салехарде капитально отремонтировали четыре километра дорог ПРОИСШЕСТВИЯВ Салехарде спасли мужчину с карниза многоэтажки ЭКОНОМИКАБуровики учились избегать айсбергов ОБРАЗОВАНИЕ«Школьные» вертолеты летят за учениками в тундру ОБЩЕСТВОБоди-арт, флешмобы и живая музыка: как на Ямале отметили День российского флага ВЛАСТЬНа Ямале провели тренировочные выборы НОВОСТИДмитрий Артюхов подвёл итоги большого автопробега по восточной части Ямала КУЛЬТУРАПолмиллиона на искусство. Творческие коллективы ЯНАО наградили грантами ОБЩЕСТВОВетеран ВОВ из Лабытнанги не дождалась весточки от президента ЗДОРОВЬЕВ Роспотребнадзоре рассказали об эффективности вакцинации от гриппа на Ямале ЖИЛКОМХОЗДайджест Арктики: северные регионы готовятся к плановому потеплению НОВОСТИСалехардцев из «поплывшей» двухэтажки временно расселят ОБЩЕСТВОФотоконкурс «Живем на Севере»: со всех ног – за счастьем! ОБЩЕСТВОДепутаты Тюменской областной Думы в Сургуте выбрали маршруты для межрегионального детского туризма ОБЩЕСТВОГлавные события форума «Мед» будут транслировать в интернете ЗДОРОВЬЕВсе условия. Ямальцев ждут на диспансеризацию по вечерам и выходные ПРОИСШЕСТВИЯВ Новом Уренгое отправили за решетку группу наркоторговцев ПРОИСШЕСТВИЯВ Ноябрьске двое детей укололись найденными на улице шприцами ЭКОНОМИКААналитики выяснили, сколько ямальцев терпеть не могут свою работу НОВОСТИЮную салехардку будут два месяца ставить на ноги в Челябинске ПРОИСШЕСТВИЯВ Челябинске задержали мошенника, похитившего у ноябрянина 100 тысяч НОВОСТИВ Салехарде появилась экспериментальная разметка из пластика ОБЩЕСТВОНа День города в Новый Уренгой приедет певец лейбла Black Star ПРОИСШЕСТВИЯВ Ноябрьске байкер на скорости вылетел из седла НОВОСТИДети мерзнут. На Ямале досрочно начался отопительный сезон

  • В Салехарде ищут место, чтобы увековечить память жертв сталинских репрессий

    27.02.2017 11:04:00

    В Салехарде ищут место, чтобы увековечить память жертв сталинских репрессий КРАСНЫЙ СЕВЕР

    В Салехарде ищут место, чтобы увековечить память жертв сталинских репрессий.

    Предложение энтузиаста Геннадия Сысолятина создать постоянную экспозицию из предметов и документов времен 501-й поддержали ветераны ямальской столицы. Где именно открыть музей, обсудили участники строительства железной дороги Салехард – Игарка, дети бывших заключенных и вольнонаемных, старожилы.

    На встрече в окружном Совете ветеранов войны и труда оказалось, что «претендентов» приютить будущую экспозицию несколько.

    ОТ  ШКОЛЫ  ДО  АРХИВА

    По мнению старожилов, подходящим местом для экспозиции могло бы стать бывшее здание педучилища в Салехарде, которое возводили как школу для детей офицеров и специалистов стройки. Оно пустует.

    Рассматривали вариант разместить экспонаты в «теремке» – клубе на 200 мест, построенном в начале пятидесятых. Хотя резной дом ни дня не работал как ДК (в нем полсотни лет размещались редакция газеты «Красный Север» и типография), он имеет прямое отношение к тому времени.

    Еще один из вариантов – бывшая метеостанция на улице лоцмейстера Шалгина. Дом типично «стройковского» вида имеет смотровую площадку, правда, барак не то что нуждается в серьезной реконструкции – он списан.

    Для увековечения памяти жертв сталинских репрессий предлагалось и вагонно-ремонтное депо на улице Василия Подшибякина. Помещение было построено в 1949–1950 годах, принадлежит АТП. Правда, не нужно быть специалистом, чтобы понимать, что реконструкции депо не подлежит.

    Освобождается здание архива возле гостиницы «Ямал». Белёный домик и был архивом 501-й, поэтому логично именно там разместить находки и документы железной дороги…

    ЛАГЕРЯ  ВЕРНУТ ПО  МЕСТАМ

    Геннадий Сысолятин, который инициировал встречу ветеранов, предложил обратиться в городскую администрацию с просьбой помочь организовать музей в пустующем помещении пятиэтажного дома на пересечении улиц Мира и Чубынина. Огромные площади в центре, капитальное исполнение – всё это будет привлекать туристов и не потребует дополнительных вложений в реконструкцию помещения.

    Пока решается вопрос с пропиской, Геннадий Сысолятин предлагает нанести на карту современного Салехарда места расположения лагерей и колоний. Их, по свидетельствам очевидцев и сохранившимся картам, было шесть – на мысе Корчаги, в УФАНе, один растянулся по Мостострою и Гидропорту, на Втором отделении (улица Сергея Лазо), в ДОКе (Лесозаводская). На Ангальском Мысу расположились женская колония и дом матери и ребенка. Картографированием займутся специалисты музея.

    Собравшиеся тут же вспомнили, как рядом с лагерем на Корчагах был поселок вольнонаемных. Те, кто освобождался, переходили через дорогу, им выдавали паспорт, и спать они ложились уже на кровати, на чистом белье. Здесь же, в поселке, располагались баня (здание сохранялось до середины семидесятых – Прим. авт.) и столовая. Многие бараки тех времен живы до сих пор, они строились по типовым проектам и поэтому узнаваемы.

    ЧТО  ТАКОЕ  ТУФТА

    – Пешеходный мост через Шайтанку строили заключенные в 1948–1949 годах. Ждали, когда спадет вода. Грунт с берега возили на одноколесных тачках по узким доскам, – рассказывает Геннадий Сысолятин. – Это был тяжелый физический труд, еще при строительстве Беломорканала его называли ТФТ. Звучало как «туфта». Иногда зеки, чтобы меньше уставать, начинали изображать этот самый ТФТ. Учетчик внимательно смотрел, записывал в книжечку, кто сколько ходок с тачкой сделал. И на тех, кто не догрузил тачку доверху, покрикивал: «Не гони туфту!»

    Мост построили с одной полосой, чтобы ходил ЗИС-5 и гужевой транспорт. Возчики, вспоминают старожилы, долго не признавали себя транспортом и без зазрения совести с самого утра ездили пьяными. Так продолжалось до начала пятидесятых, пока на общем собрании милиционер не сделал серьезное внушение.

    – Рассказывали, что самое страшное время было с апреля по август 1953-го, – говорит Геннадий Сысолятин. – После мартовской амнистии в город хлынули бывшие заключенные почти из трехсот лагерей, которые стояли вдоль трассы Салехард – Надым, из них 45 – женские. Моя мать работала стрелочницей на станции Салехард. У неё в трудовой стоит штамп «уволена 1 сентября 1954 года» – окончание первого ликвидационного срока 501-й стройки. Очевидцы вспоминают, что людей грабили, убивали.

    Второй ликвидационный срок закончился в декабре 1955-го.

    ЧТО  БУДЕТ  В  МУЗЕЕ

    – Будущий музей – это память и честь нашего старшего поколения, которое прошло через лагеря, – считает Валентина Тверетина, председатель городского Совета ветеранов. – В городе осталось 248 репрессированных и реабилитированных. Из них десятая часть – те, кто приехал (были высланы), остальные рождены здесь.

    Музей должен быть посвящен не только истории «пятьсот весёлой», как называли тогда строительство магистрали Салехард – Чум – Игарка. Нужно вспомнить о всех спецпереселенцах, убеждена Людмила Липатова, около 30 лет занимающаяся историей репрессированных.

    – Когда я начинала заниматься этой темой, КГБ мне передал 4327 карточек спецпереселенцев. Такую коллекцию никто не имеет, ее выпрашивают многие музеи. Это тоже нужно будет показывать, – отметила краевед.

    В конце беседы собравшиеся подписали письмо-благодарность на имя главного редактора газеты «Красный Север» Алексея Снегирёва – за публикацию материалов, посвященных 501-й стройке.

    Воспоминания

    В КИНО – ЗА КОЛЮЧУЮ ПРОВОЛОКУ

    Как относились к заключенным в те времена, старожилы помнят хорошо – многие сами были участниками тех событий. 

    Когда Ольга Ивановна Неелова, вольнонаемная, приехала в Салехард в начале пятидесятых, ей было восемнадцать. Работала путевым обходчиком, табельщицей.

    – У нас был околоток, работали 50 заключенных женщин. Все молодые и очень красивые, большинство сидели «за колоски». Я не верила, что они заключенные, и постоянно нарушала правила, записки носила. А работалось им тяжело, труд был каторжный. Участок болотистый, девчата его поднимают – безо всякой техники, только киркой и лопатой, а поезд пройдет – и насыпь опять проваливается. Умирать не умирали, и кормили нормально. А гнуса столько было! Спасались дымокурами, химии никакой. 5 марта Сталин умер. Все радуются, а я горюю, мне трудно перестроиться, все-таки вождь народов, войну выиграл. Потом постарше стала, понимать начала.

    Городская пацанва постоянно обреталась в лагерях.

    – Лазили под проволоку, в кино к ним ходили, – вспоминает Владимир Петрович Бузолин. – Фильм посмотрим, обратно через проходную возвращаемся. На нас охрана даже внимания не обращала. В 1951 году заключенные строили дом Сандалову. Их привозили каждый день. Забор был, мы к ним лазили. Им заварка нужна, сигареты. Мы из дома носили индийский чай, махорку. Они нам делали пароходики. Часовой на них рычит: «Завтра на работу не пойдешь». Видимо, это было серьезное наказание.

    Когда к зданию Дома ненца пристраивали танцевальный зал, ребятня ухитрялась и туда бегать, передачки заключенным передавать. Гайку к веревке привязывали и туда закидывали через забор. Охранники не реагировали.

    – Отец работал на катере с 1939 по 1950-й годы. Возили они заключенных, человек по пятнадцать. Смотрю – ведут четверых, охрана с автоматами, садят в трюм. И один мне подарил шарф, – вспоминает Анатолий Николаевич Щирский.

    Конечно, бывали случаи, когда зеки бежали в тундру. Их догоняли, расстреливали. Многие из живших тогда в Салехарде помнят, как их привозили в город.

    – Видел, как на телеге везли расстрелянных к моргу, который в то время располагался в старом больничном городе, ближе к Шайтанке, – рассказывает Владимир Борисович Патрикеев.

    – А при мне возили их на санях. Замороженные, обросшие, в обмотках, в ботинках. Складывали штабелями у дверей, потом вносили в морг по одному, – подхватывает Анатолий Николаевич Щирский.

     

     

    Ольга Сытник
    Ольга Сытник

    Автор
    +7 (34922) 4-09-70
    re@sd.ru

  • Комментарии

    • Комментарии
    Загрузка комментариев...