СПОРТНа Ямале зазывают катамаранщиков на первый окружной чемпионат ЖИЛКОМХОЗ«Участие в собрании не принимали все жильцы дома». В Надыме выясняют, кто подписался за переход в другую УК КУЛЬТУРАВ Салехарде прошел премьерный показ «Хон Юш. Путь от Оби» Зинаиды Лонгортовой СПОРТАлександра Горячкина досрочно выиграла турнир претенденток ФИДЕ НОВОСТИИнтернет на Ямале может перегореть? СПОРТСалехардцы преодолели «Олимпийскую милю» ЗДОРОВЬЕ15 продуктов для шоколадного загара. Советы отправившимся на юга ямальским отпускникам ЭКОНОМИКАВ пределах нормы. Падеж оленей в Тазовском районе на контроле властей ОБЩЕСТВООтдых в порядке. Ямальские проверяющие готовы лично убедиться в этом в оздоровительных лагерях Тюмени ОБЩЕСТВОВ России изменились правила выезда детей за границу ОБЩЕСТВОИнтересное за ночь: Анатолий Карпов верит в победу Александры Горячкиной, китаец создал бота для переписки с возлюбленной, а Нотр-Даму не отдали обещанные пожертвования ВЛАСТЬЕдинороссы определились с кандидатами на выборы в салехардскую Думу ПРОИСШЕСТВИЯНа Ямале утонули мужчина и ребенок ВЛАСТЬВ России осенью откроют цифровые избирательные участки ЖИЛЬЁКак не разориться на жилье-2. Советы родителям ямальских студентов ЗДОРОВЬЕМедицина перебирается в Сеть. Что из этого ямальцам? НОВОСТИГубернатор поздравил медиков с профессиональным праздником ОБЩЕСТВОЯмальские общественники инспектируют детские площадки ЗДОРОВЬЕВ Салехарде у доноров не смогли принять кровь на Всемирный день донора ОБЩЕСТВОЯмальский блогинг: есть ли шанс поднять миллион? ЭКОНОМИКАНалоговая предупреждает ямальских предпринимателей: кто не отчитался, тот – виноват! ОБЩЕСТВОЯмальцы один за другим гибнут на воде ОБЩЕСТВОНовоуренгойские путешественники прошли мокрым волоком до Енисея ПРОИСШЕСТВИЯСалехардскую УК оштрафовали за сосульки на крышах ЗДОРОВЬЕНе бегать по кабинетам. Детскую диспансеризацию могут сократить до двух часов

  • Медаль нашла её в семнадцать лет!

    12.11.2015 05:55:38

    Медаль нашла её в семнадцать лет!

    Ненецкая девушка работала весь день в ледяной воде, с облезшими от соли руками.

    Ровесников Ямала нынче по пальцам пересчитать. Баба Дуся Лырмина – одна из них. Еще будучи молодой, исходила она все охотничьи тропы Красноселькупского района, слыла самой удачливой рыбачкой на реке Таз.

    Ни один катер, теплоход ли, следовавший в райцентр, не проходил мимо ее чума на берегу. Близость к транспортной артерии помогала продавать рыбу и полные лукошки ягод. На жизнь хватало. Случалось, приходилось выручать речников из беды, Север всё-таки…

     

    ТРУД ДО ПОБЕДНОГО КОНЦА

    Сейчас Евдокии Дмитриевне 91 год, двадцать из которых она прожила в районном доме-интернате для ветеранов и инвалидов. Перебралась туда не столько из-за возраста, сколько из-за ликвидации родного Сидоровска.

    – Зря закрыли поселок, – вздыхает ветеран. – Последних жителей вывезли в Красноселькуп. Но я еще помню времена, когда жизнь там кипела…

    С некогда процветавшим населенным пунктом связана вся взрослая жизнь труженицы тыла Великой Отечественной войны. Впрочем, начиная рассказ об этом удивительном человеке, нужно обратиться к ее детству.

    – Еще ребенком жила я на рыбоугодье Нямбойто, что в Тазовском районе, – вспоминает героиня. – Семья у нас была небогатая, но и в бедняки не записывались. Постоянно работали: ловили рыбу, держали небольшое поголовье оленей. Мне едва пятнадцать исполнилось, когда до нас дошла весть о войне. В сорок втором мои братья Василий, Лука и Пётр ушли на фронт. Я до сих пор не знаю ничего о судьбе Петра, младшего из них. Лука, средний брат, умер от ран в госпитале. Домой вернулся только Василий… Рыбачить я еще в мирное время начала. А уж во время войны, когда рядом с матерями и глубокими стариками за сети брались семи, - восьмилетние дети, ко мне относились как к настоящей работнице. План задавали как для взрослого человека. Очень тяжело было. Помню, осень выдалась холодной и дождливой, а у меня из обувки только старенькие бокари. Обмотаю их сверху кусками брезента, а они всё равно насквозь мокнут. Вот так и ходишь 10–12 часов с мокрыми ногами. Поспишь пару часиков в чуме, пока одежка высохнет, а мама уже будит. Пора, говорит, на реку. Рыбу зимой замораживали, летом-осенью солили. У меня от этой соли постоянно руки в волдырях были, кожа облезала, даже резиновые рукавицы не спасали…

    Дуся с матерью зачастую перевыполняли план. Еще шили рукавицы из меха, тобаки, гуси (верхняя меховая одежда) для фронта.

    – Я когда шила эти вещи, всё время думала о братьях, – смахивает слезу баба Дуся. – Мать говорила мне: «Старайся лучше, может, сшитые тобой рукавицы братьям попадут. В тепле будут наши солдаты, глядишь, быстрее победим врага».

    В семнадцать лет юной Евдокии вручили первую награду – медаль «За трудовую доблесть».

    – А я подумала тогда, что такие медали надо было вручать всем, кто работал рядом с нами. Тунеядцев и лодырей не было.

     

    СУПРУГИ – НИТОЧКА И ИГОЛОЧКА

    В 1946 году Евдокию направили в Салехард, учиться в торговой школе. Окончив курсы, девушка вернулась в Тазовский. Работала приемщицей рыбы, летом выезжала на рыбацкие пески. Рядом с тазовчанами рыбачили парни из Сидоровска, что в Селькупском районе. Так молоденькая Евдокия встретила свою судьбу. Николай Кыткин, красивый, работящий, удачливый промысловик, сразу приглянулся девушке. Он был из крепкого селькупского рода потомственных рыбаков.

    – Когда он позвал меня замуж и сказал, что поедем в Сидоровск, я растерялась. Всё думала, как буду жить среди чужих людей, у них ведь другие обычаи, привычки, язык, – вспоминает Евдокия Дмитриевна. – Но страхи оказались напрасными. Коля говорил: «Какая разница, где жить? Река всё равно одна».

    Многочисленная родня Кыткиных тепло и душевно приняла молодую невестку.

    – Мы хорошо жили, – с мечтательной улыбкой вспоминает собеседница. – Ненецкие женщины на зверя не охотятся, занимаются детьми и чумом, а мне Коля собственное ружье вручил! Мы с ним всегда вдвоем были – хоть на рыбалке, хоть на промысле. Он научил меня всем охотничьим премудростям. К сожалению, я не могла иметь детей. Зато у моего мужа было много племянников, я с удовольствием помогала Колиной родне их растить.

    В Сидоровске Евдокия вместе с мужем работала в местном колхозе. В поселок никогда не приезжала с пустыми руками. Всегда одаривала родню супруга обновками: шила им бокари, бурки, малицы, гуси.

    – Взрослые Колины родственники радовались этому, словно дети, – рассказывает баба Дуся. – Поначалу расшитые узорами вещи казались им диковинными. У селькупов вообще не принято украшать одежду, больше ценится ее практичность. Но потом привыкли, оценили, а затем уже из района потянулись люди с заказами на что-нибудь нарядное.

    Баба Дуся никому не отказывала, трудилась, пока пальцы справлялись с иглой. На седьмом десятке она похоронила любимого мужа, но родных мест не покинула. Осталась жить в стойбище, где всю жизнь прожила с Николаем. Одна выходила на охотничью тропу с ружьем на плече, рыбачила, заботилась о повзрослевших племянниках мужа.

     

    В ОТПУСК К РОДНОМУ ЧУМУ

    Лишь в 1995 году, когда Сидоровск исчез с карты, пришлось одинокой рыбачке перебраться в райцентр. Центр соцобслуживания «Милосердие» стал ее вторым домом, но женщина всё равно тосковала по родной реке, знакомым тропам. Как только открывалась навигация, бабу Дусю частенько можно было встретить на берегу с сумками и рюкзачком. «Вы куда собрались?» – интересовались односельчане. А она радостно отвечала: «На каникулы еду в родное стойбище».

    Каждое лето она добиралась до опустевшего Сидоровска катером, ставила чум, обустраивалась и выполняла привычную работу: ставила сети, выделывала шкуры по поселковым заказам, шила, собирала грибы, ягоды, готовила припасы на долгую северную зиму.

    А осенью угощала соседей по «Милосердию» ароматной юколой, соленой рыбкой, вареньем собственного приготовления, собранными в лесу и тундре ягодами.

    Увы, но от возраста не убежишь. Сейчас баба Дуся большую часть времени проводит в своей уютной комнатке центра «Милосердие». Ценит внимание и заботу персонала. Несмотря на преклонные годы, у нее удивительная память, светлая голова и всё тот же легкий, веселый нрав.

    – Ну что, – спросила она при нашей очередной встрече, – парни твои еще не женились?

    Уловив мое замешательство, залилась смехом: «Да шучу я, шучу. Куда им? Подростки еще. Маленькому-то нынче четырнадцать стукнуло, верно?» А ведь до этого свидания мы с ней лет пять не виделись.

    Она по-прежнему помнит всех сидоровских, селькупских и тех, с кем свела ее нелегкая жизнь. Пусть живет подольше, в тепле и заботе, внимании и при здоровье.

    Маргарита Пяк

    Фото автора

     

     

  • Комментарии

    • Комментарии
    Загрузка комментариев...