НОВОСТИ Овны припрячут козырные карты, а Скорпионам придется изучить шпионские тактики НОВОСТИ Губернатор Ямала выразил соболезнования родным и близким погибших в Перми НОВОСТИ Глава Нового Уренгоя рассказал, какие еще перемены ждут город ПРОИСШЕСТВИЯ В Салехарде владельцы разбитых авто подсчитывают убытки после шторма НОВОСТИ Бизнесмены Ямала могут бесплатно получить электронную подпись НОВОСТИ Автомобили от «Уютного Ямала» готовы отправиться к победителям викторины НОВОСТИ Качели-гнезда, мостики и памятник муксуну: в Тазовском открывают новые зоны отдыха ЗДОРОВЬЕ Инструкция по вакцинации. Ответы, которые важно услышать от врача перед прививкой от COVID-19 и гриппа НОВОСТИ В последний день выборов жители Пуровского района спешат определить объекты благоустройства и сыграть в лотерею НОВОСТИ «На Ямале чувствуешь, что живешь». Спортсмен из Омска – о своем переезде на Север НОВОСТИ Девы и Рыбы будут невероятно удачливы, а Весы заставят остальных раскрыть рты от удивления НОВОСТИ Осенний витаминный сбор созревает на грядках НОВОСТИ Микрорайон Обдорский в Салехарде встретит первых переселенцев из «авариек» уже через год НОВОСТИ Увлечение энергетиками наносит двойной удар по здоровью НОВОСТИ Из реанимации – на выборы. В Новом Уренгое голосуют пациенты городской больницы ПРОИСШЕСТВИЯ Летали остановки и заборы, а с жилого дома чуть не «упорхнул» фасад. Результаты штормового ветра в Салехарде (ФОТО) НОВОСТИ Шампунь для Барбоса. Почему собак и кошек нельзя купать с «хозяйскими» пенками НОВОСТИ Работников лесного хозяйства Ямала поздравил Дмитрий Артюхов КУЛЬТУРА Русские истории: Мозг в банке, герои авиации и одухотворённое дерево НОВОСТИ Явка возросла: ямальцы идут на избирательные участки даже сквозь непогоду НОВОСТИ В Новом Уренгое избиратели активно голосуют на дому НОВОСТИ Симптомы дефицита витамина В12, и как его восполнить НОВОСТИ В Яр-Сале открыли новый современный корпус школы-интерната НОВОСТИ Какие сладости можно себе позволить без вреда для фигуры НОВОСТИ МЧС ЯНАО предупреждает о сильном ветре в субботу и воскресенье НОВОСТИ Ямальские блогеры стримят прямо с избирательных участков НОВОСТИ Омбудсмен Ямала объезжает муниципалитеты: «Каждый человек, имеющий право проголосовать, должен его получить» НОВОСТИ Раки сумеют выбраться из тины, а Тельцы с ледяным равнодушием отвергнут шопинг НОВОСТИ Выборы в ЯНАО: уже проголосовало 25 процентов избирателей ЭКОНОМИКА Свежий и ароматный. Жителей Панаевска и Находки насытят хлебом из новых печей


  • Почему дети уходят в ангелы

    11.11.2015 10:45:13

    Почему дети уходят в ангелы

    Надым опять похоронил новорождённую девочку.

    Родители уверены, что у надымской малышки были бы шансы жить и расти здоровым ребенком, если бы родам предшествовала квалифицированная подготовка и выхаживали девочку в оборудованном роддоме, а не в приспособленных помещениях районной больницы.

    Татьяна и Николай Скитченко мечтали о рождении Настеньки двенадцать лет. И сейчас, когда рядом с портретом малышки горит восковая свеча, а на память о дочери остались лишь крошечные рукавички-царапки, они снова и снова вспоминают девять месяцев нежного ожидания и два дня и четыре часа ее коротенькой жизни.

    – Прошлой зимой мне на работу позвонила Таня, – вспоминает Николай, – и сказала, что отравилась, ей стало плохо. Мы и подумать не могли о беременно-сти, и лишь подруга посоветовала жене купить тест в аптеке. Он-то и показал заветный результат.

    Супруги знали, что вторая беременность (а у них растет старший сын) при разных резус-факторах у родителей может быть проблемной. Они безоговорочно выполняли все предписания врачей, поэтому когда в крови будущей мамы появились антитела, это стало для них сигналом тревоги. Но врачи обнадежили: в 25-недельный срок можно будет ввести иммуноглобулин.

    – Мы провели отпуск в Ей-ске, на берегу Азовского моря, – говорят Николай и Татьяна, – чтобы солнышко и натуральные свежие продукты укрепили организм мамы и будущей малышки. Каждую неделю проходили обряд причастия, чтобы Господь не оставил нас и помог, и, конечно, продолжали медицинское наблюдение, результаты которого радовали: титр антител был низким, а УЗИ раз за разом подтверждало, что беременность протекает прекрасно.

    После отдыха на море они поехали навестить своих московских родственников. Как и в Ейске, встали на учет и сдали контрольный анализ крови, но он неожиданно показал резкий рост антител – 1:512.

    – Мы очень испугались за здоровье ребенка, – вспоминает Татьяна, – и по совету курировавшего нас замечательного надым-ского доктора Сергея Гончаренко тут же отправились в Научный центр акушерства, гинекологии и перинатологии имени Кулакова.

    Именно здесь можно получить высокотехнологичную медицинскую помощь, в том числе сделать внутриутробное переливание крови для спасения крошечной жизни.

    – Поскольку я уже была на 25-й неделе беременности, – рассказывает Татьяна, – мы были готовы согласиться на досрочные роды, если бы нам предложили таким образом спасти ребенка от губительного воздействия материнских антител. После появления на свет таких деток доращивают в условиях специализированного стационара до тех пор, пока они не смогут жить самостоятельно в обычной среде.

    Однако взятый уже здесь повторный анализ показал, что количество антител сократилось – 1:32, а результаты УЗИ и допплеро-графии, сделанных на самом современном оборудовании, свидетельствовали о том, что малышка развивается отлично. Поэтому врачи посчитали показатель 1:512 ошибочным и исключили необходимость плановых досрочных родов «в связи с отсутствием показаний». Такими же были результаты аналогичного обследования в 17-м специализированном роддоме Санкт-Петербурга, где Татьяна также побывала и где в госпитализации ей тоже было отказано.

    Позже, когда малышка уже умерла, надымские врачи сказали, что тогда, летом, организм ребенка принял весь объем антител на себя.

    – Но мы уверены, что это не так! – подчеркивает Николай, – ­ведь при такой степени отторжения плода дети погибают еще в утробе, а Настенька не просто дожила до родов, она гармонично развилась! УЗИ и КТГ подтверждали полноценное развитие и формирование всех органов. Она пережила роды, у нее открылись легкие, и она начала дышать самостоятельно!

    Каждые две недели, куда бы мы ни приезжали, мы сдавали кровь и делали УЗИ. Выполняли все предписания врачей, потому что знали: если что-то будет не так, ребенку потребуется внутриутробное переливание крови. Но ни в этом, ни в досрочных родах врачи не видели необходимости.

     

    МЫ ВЕРИЛИ ВРАЧАМ!

    Ближе к родам Татьяне предложили съездить в Екатеринбург на консультацию, но она отказалась.

    – Сейчас нас пытаются упрекнуть в том, что мы безответственно отнеслись к этому моменту, – поясняет Николай, – но это не так. Мы не поехали как раз потому, что на девятом месяце беременности надо было авиарейсом добраться до Тюмени, а оттуда ночным поездом уже до столицы УФО. В такой долгой дороге мы видели опасность и для Тани, и для малышки, ведь роды могли начаться в пути. При этом нам предлагали не обследование, не плановые роды, а всего лишь разовую консультацию.

    Вскоре после этого будущую маму определили в стационар Надымской ЦРБ, чтобы подготовить к родам. Речь, в частности, шла о том, чтобы внутриутробно взять у ребенка кровь на анализ, а также подготовить донорские компоненты крови, если возникнет необходимость в переливании.

    – Вместо этого я подписала массу официальных согласий и сдала стандартный набор анализов, – вспоминает Татьяна. – При этом я не раз пыталась объяснить, для чего именно легла, но медперсонал проявлял безразличие к моим просьбам. Может быть, мне нужно было вести себя настойчивее, но я верила, что мнение медиков – квалифицированных специалистов – приоритетно. Они настаивали на том, что с ребенком всё нормально.

     

    ЧТО ЖЕ СЛУЧИЛОСЬ В НАДЫМЕ?

    26 октября Татьяне провели медикаментозную стимуляцию родов, и 27-го без каких-либо осложнений она родила дочь. Но состояние девочки вызвало у врачей опасений, и ее перевели в реанимацию педиатрического отделения.

    – Таня сообщила мне об этом, – говорит Николай, – и буквально через десять минут я уже был в педиатрии. Врачи сказали мне, что счет времени идет на минуты и я должен подписать официальное согласие на переливание крови. Несмотря на то, что состояние девочки было критическим, рядом не было специалиста по переливанию, была неизвестна ее группа крови (ведь этот анализ так никто и не сделал) и, соответственно, не были готовы нужные компоненты крови. Так уходили те драгоценные минуты, которые, возможно, и стали для малышки решающими.

    Тогда же Николай впервые увидел свою новорожденную дочку. Голенькая, ничем не прикрытая, она лежала в прозрачном кювете в крайней палате педиатрического отделения, отгороженная от досужих глаз лишь тонкой ширмой.

    – При этом температура воздуха в помещении была градусов 20, что явно не соответствовало условиям, которые должны быть в реанимации, – вспоминает он.

    В таких условиях девочка находилась вплоть до 30 октября: переживала многократные процедуры переливания плазмы, восполнения эритроцитов... Здесь же ее крестил священник.

    – Малышка находилась в состоянии медикаментозного сна, – продолжает Николай Скитченко, – но мы были рады, что нас хотя бы пускают к ней, разрешают прикоснуться. Я был счастлив, когда она улыбнулась мне и приоткрыла глазки, правда всего один раз, когда я начал рассказывать ей сказку «Теремок», которую нашептывал еще Таниному животику во время беременности…

    Интенсивная терапия не давала результатов: постепенно у девочки начали отказывать почки и сердце, стали накапливаться отеки, и ночью 30 октября ее не стало.

    – Меня почему-то не отпустили домой, к родным, – делится тяжелыми воспоминаниями Татьяна, – велели ждать утренней выписки. Мамочку с ребенком, которые лежали рядом, перевели. Я осталась в палате одна и вдруг заметила три дня стоявший рядом со мной пустой детский кюветик, в котором могла бы спать Настюшка, если бы всё у нас было нормально.

    Но моей девочки больше не было. Меня окружали голые стены, посещали самые страшные мысли... Это сейчас я задумываюсь, почему с такими мамами в ЦРБ не работает психолог, а тогда мне казалось, что моя жизнь остановилась.

    Поддержали только муж и дежуривший доктор Наталья Николаевна, нашедшая для меня и время, и слова утешения.

     

    ОСТАЛОСЬ СЛИШКОМ МНОГО ВОПРОСОВ

    После проведения необходимых экспертиз убитые горем родители попросили отдать им тело Настеньки.

    – Мы хотели, чтобы в свой последний путь она отправилась не из больничного морга, а из дома, в котором ее любили и очень ждали, – говорят они. – Нам даже стало немножко легче, когда мы принесли ее домой. Мы словно почувствовали присутствие в доме маленькой девочки и ее любовь к нам…

    Но сейчас, после похорон, родители понимают, что и перед родами, и после появления ребенка на свет многое складывалось не так, как должно было.

    – Если врачи прогнозировали нам проблемные роды, – размышляют супруги Скитченко, – то почему нам не предложили рожать в специализированном центре? Например, на более ранних сроках, когда материнские антитела еще не нанесли ощутимого вреда малышке? Мы нашли бы и время, и деньги. Ведь в наше время медицина уже давно шагнула вперед и резус-конфликт при беременности перестал быть преградой на пути к сча-стливому родительству. Или все великолепные медицинские центры построены только для жителей столиц?

    У родителей еще много вопросов: почему у малышки не взяли кровь, чтобы определить группу и резус-фактор (ведь до родов родители наблюдались в Надыме)? Почему после родов пришлось ждать специалиста по переливанию крови? Не слишком ли большой объем компонентов крови был введен ребенку (ведь по этой причине у таких малышей и случается остановка сердца)? Почему борт санитарной авиации вместе с врачом-неонатологом прибыл из Салехарда лишь на второй день после рождения малышки, а накануне Татьяне никто не предложил отправиться для родоразрешения в окружную больницу? Ведь все мы – свидетели того, что чиновники от здравоохранения гарантировали перелет бортом санавиации всем беременным, родоразрешение которых предполагало возникновение проблем.

    – Мы просто не можем понять, – говорят супруги Скитченко, – почему вокруг оказалось так много стен, когда нам нужна была помощь…

    Сегодня Николай и Татьяна ждут заключения прокурорской проверки, а также ответа из редакции программы «Человек и закон», куда они обратились за помощью.

     

    mladen smertnost statistika2015

     

    Комментарий

    «НА ЯМАЛЕ НЕТ ВОЗМОЖНОСТЕЙ ПРИНИМАТЬ РОДЫ С РЕЗУС-КОНФЛИКТОМ»

    После разговора с родителями «КС» обратился за комментарием в департамент здравоохранения округа. Все вопросы, которые задали Татьяна и Николай Скитченко, мы адресовали первому заместителю директора департамента Александру Долгополову.

    И мы в любом случае благодарны и директору департамента, и Александру Валентиновичу за готовность разговаривать с журналистами не только в минуты принятия программ, открытия новых объектов, но и после трагедий. Понятно, что точки над «i» расставит только следствие, оно же установит виновных. А пока мы просто даем возможность услышать родителям и всем заинтересованным людям хоть какие-то ответы.

    Итак, первый вопрос родителей, почему медики заранее (внутриутробно) не выяснили группу крови младенца. Вот что по этому поводу говорит отец ребенка: «Когда состояние девочки было критическим, была неизвестна ее группа крови (ведь этот анализ так никто и не сделал) и, соответственно, не были готовы нужные компоненты крови. Так уходили те драгоценные минуты, которые, возможно, и стали для малышки решающими».

    – Определение группы крови внутриутробно возможно было бы сделать в акушерском стационаре третьей группы, которых в округе пока нет. Однако в любом случае непосредственно перед процедурой переливания крови медики должны были бы провести анализ на совместимость крови повторно. Операция заменного переливания крови началась через час после рождения ребенка, что не позволяет говорить о какой-то задержке, – рассказывает Александр Валентинович.

    Далее родители спрашивают, почему специалист-неонатолог из Салехарда прилетел лишь на второй день после рождения девочки.

    – Мы не могли знать заранее, что этот специалист понадобится, не могли заранее заказать борт санавиации. Мы реагировали на развитие событий, и когда стало очевидно, что присутствие специалиста необходимо, он сразу же вылетел в Надым.

    И, наконец, главный вопрос: почему никто не предложил Татьяне отправиться для родоразрешения в окружную больницу или специализированный центр за пределами автономного округа?

    На этот вопрос однозначного ответа нет. В департаменте поясняют, что поскольку на Ямале пока нет учреждений, которые могли бы принимать роды с резус-конфликтом, ВСЕХ таких рожениц направляют либо в Екатеринбург, в Уральский научно-исследовательский институт охраны материнства и младенчества, либо в медучреждения Москвы или Санкт-Петербурга. Госпитализация данной пациентки, по словам Долгополова, была согласована на конкретную дату в Уральский НИИ охраны материнства и младенчества.

    При мне Александр Валентинович позвонил исполняющей обязанности главного врача Надымской ЦРБ Наталье Калиберде, которая настаивает на том, что супругам Скитченко предлагалась поездка в Екатеринбург для госпитализации. По итогам консилиума с будущими родителями была проведена беседа, после которой, по словам медиков, они согласились с направлением в Уральский НИИ охраны материнства и младенчества. 21 сентября из института пришло подтверждение даты ГОСПИТАЛИЗАЦИИ, однако позже Татьяна Скитченко от направления в Екатеринбург отказалась.

    Впрочем, супруги в свою очередь утверждают, что речь шла именно о консультации, что подтверждается формулировкой письменного отказа. В документе рукой Татьяны выведено, что она ввиду сложной транспортной схемы не видит целесообразности в поездке для КОНСУЛЬТАЦИИ.

    По мнению Долгополова, формулировка не принципиальна. Это сложившаяся практика: пациенты направляются на госпитализацию или консультацию. По результату консультации или обследования врачи на месте принимают решение о госпитализации или возвращении пациента на лечение по месту жительства.

    Почему никто не потрудился надлежащим образом и во-время донести эту информацию до родителей, остается вопросом. Для меня, впрочем, остается вопросом и то, как на фоне уже случившихся в Надыме трагедий, на фоне затянувшегося ремонта перинатального центра, неоднократной смены главврачей медики решились на такой риск и допустили заведомо грозящие осложнениями роды в стенах роддома? Традиционное авось?..

    Радует, что затянувшийся капремонт близится к завершению: в течение ближайших двух недель медики планируют приступить к работе в перинатальном центре Надыма…

     

    Эксперт

    РОСТ ТИТРА АНТИТЕЛ – ПОВОД НАСТОРОЖИТЬСЯ

    Галина Мальгина, д.м.н., заместитель директора по науке ФГБУ «Уральский НИИ охраны материнства и младенчества»:

    – Отрицательный резус-фактор имеет примерно 15 процентов россиян. Если такой у обоих родителей, то конфликт не произойдет. Но чаще встречаются противоположности, положительный резус доминирует в 75% случаев. Тогда при смешении крови мамы и плода может развиться конфликт. Ее организм будет вырабатывать антитела, которые, проникнув в плаценту, повредят ребенку.

    Гемолитическая болезнь редко возникает при первой беременности. Всё зависит от восприимчивости организма. Чаще титр антител вырастает только под конец, когда плацента стареет и уже не справляется с функцией защитника… Если же динамика скачкообразная, это повод насторожиться. Внезапный рост может произойти даже в 19 недель. Тогда может помочь внутриутробное переливание крови.

    Другой пример. Наблюдали женщину, ничто не вызывало опасений, но она проигнорировала контрольную явку и пришла не через две недели, а через месяц. Результат – тяжелая иммунная водянка плода. К сожалению, мы не боги. Гемолитическая болезнь новорожденных – одно из самых тяжелых заболеваний, поэтому очень важно выполнять рекомендации, соблюдать схему наблюдения, предписанную приказом № 572н.

    Все госпитализации проходят только после консультации, лишь обследование покажет необходимость вмешательства.

     

    Прямая речь

    В ТРАГЕДИИ НАДО РАЗОБРАТЬСЯ

    Иерей Андрей Калугин, священнослужитель надымского Свято-Никольского храма:

    28 октября ко мне обратился Николай Скитченко с просьбой совершить таинство крещения над его дочкой, которая находилась в реанимации. В этот же день мы вместе с ним отправились к ребенку. Малышка была в тяжелом состоянии. После совершения таинства я провел беседу с родителями, прекрасно понимая, как им было трудно в тот момент.

    В таких ситуациях приходится не только молиться за малышей, но и стараться быть на связи с родителями, чтобы как-то их поддержать.

    К сожалению, 30 октября младенец умер. Этот случай не единственный. За 11 лет моего служения мне пришлось совершать чин погребения младенцев более десяти раз – здесь, в Надыме, и в Лабытнанги, где я прежде совершал пастырское служение. Признаюсь, что каждое из этих событий я воспринимал как собственную трагедию, ведь и в моей семье растут трое ребятишек. И в этот раз мне тоже было очень тяжело.

    Но гораздо труднее бывает родителям, ведь когда малыш появляется на свет, люди испытывают радость, а тут – смерть… Это сильнейшая психологическая и душевная травма, к которой никто не бывает готов.

    Как и в любой трагедии, в данной ситуации надо разобраться, а не тиражировать поспешные выводы, которые уже приводит ряд СМИ. К тому же на сегодняшний день не завершена прокурорская проверка, нет результатов всех экспертиз.

    Я не думаю, что в нашей районной больнице работают неквалифицированные и равнодушные люди, но свои обязанности им приходится исполнять в тех условиях, которые им создали, – с имеющимся оборудованием, инструментами и медикаментами. Неважно, является ли это следствием финансового дефицита или чего-то другого, но раз это приводит к череде трагедий, надо что-то менять.

    Не нужно искать одного виновного. Наверное, стоит всем вместе на каком-то общественном совете без психоза и эмоций сесть и разобраться, почему так происходит, и опять же коллегиально решить, что и как надо сделать, чтобы трагедий больше не было.

    Елена Пекка

    ksnad@yandex.ru

    Алексей Снегирёв

    snegirev_78@mail.ru

    Татьяна Мохнова

    mtv123@yandex.ru

    Фото из архива семьи Скитченко