Наталья Массальская: «Рифма была моей подружкой» | «Красный Север»
0°C

обновлено: 12:46, 09 февраля 2024

Культура

Наталья Массальская: «Рифма была моей подружкой»

Она пишет, как дышит, и не знает, что такое творческий кризис. «Мне легче говорить и думать стихами, — признаётся надымский поэт Наталья Массальская. — Даже излюбленную тему назвать сложно. Хотя больше всего пишу о семье и о любви. Душа сама диктует строчки». Воздушные, понятные каждому, её стихи часто становятся песнями, иногда без ведома автора.

Время для чтения ~ 20 минут


В этом году выйдет четвёртая книга Массальской — сборник «Странница» вошёл в число победителей конкурса окружной редакционно-издательской комиссии.

– Наталья Павловна, как долго вы работали над книгой?

– Можно сказать, «Странница» была написана в 2014 году. Тяжёлый год для меня: Донбасс и Славянск. Последний — город моей любви, город, где мы крестили всех своих детей, где с мужем венчались. Тихий, уютный, зелёный… Вот так и стала собираться эта книга.

– Выбирая название, руководствовались теми же событиями?

– Не совсем. По моей задумке на обложке слово «странница» написано необычно — одна «н» как бы выскакивает и получается игра слов странница/страница. Страница — чистый лист, то, с чего начинается любое стихотворение. В страннице же несколько образов — та, что любит Дорогу, и даже та, что странная. Всё это моя ипостась. Художником-оформителем стала моя дочь Таис. Самое дорогое произведение в книге — «Молитва». Рада, что её наконец-то прочитают.

– В своём творчестве вы часто обращаетесь к Богу. Всегда были верующим человеком?

– Я пришла к этому уже в зрелом возрасте, причём совершенно чудесным образом. В 1993 году мой сын окончил школу и собирался поступать в институт в Омске. Незадолго до этого он принёс «Евангелие» — тогда распространяли такие книжечки в синем переплёте. И вот ночь перед его отъездом. Ещё и муж в тундре. Я очень переживала. Встала в три утра, подошла к окну и говорю: «Если Ты есть, дай знак». Стала всматриваться в небо. Облака очень медленно расплывались, а потом сложились в образ Пресвятой Богородицы. После этого увидела образ Христа. Затем три фигуры: по бокам ангелы, а в середине не поняла кто. Тут же пошла и открыла «Евангелие». Месяца через два встретилась с Людой Ефремовой, руководителем литературного объединения, и всё ей рассказала. А она, внимательно выслушав, ответила: «Третья фигура тоже была ангелом» и подала мне газету, которую привезла из Волжска. Открываю, там фотография облаков в виде трёх ангелов. Оказывается, многие видели то же самое, что и я, это явление бурно обсуждалось. И как после этого не верить?

Наталья Массальская: «Сколько себя помню, всегда играла со словами. Рифма была моей подружкой. Как и многие дети, распевала свои стихи, песенки. Это доставляло удовольствие, дарило ощущение полёта. Когда научилась писать, стала их записывать».

За книгой как на бал

– Наталья Павловна, по-вашему, поэтами рождаются или становятся?

– Рождаются… Хотя не могу утверждать априори, но со мной случилось именно так.

– Вам часто в детстве читали книги? Какая была любимой?

– Книги были с рождения. Мы со старшей сестрой рано научились читать: сказки Пушкина (а в них же стихи!), русские волшебные — наверное, ожидание чудесного в жизни оттуда. Потом «Алые паруса» Грина, «Дон Кихот» Сервантеса, книги Джека Лондона, Лопе де Вега, Голсуорси, Коллин Маккалоу. Вся русская поэзия… Можно перечислять до бесконечности. Я — книжный человек.

– А ваши родители?

– Тоже. Мама с папой выписывали много книг. У нас была почти вся русская и иностранная классика. Одно из ярких воспоминаний детства — нарядная мама, я и сестра едем через весь город в магазин подписной книги. Этот полуподвальчик был похож на пещеру Али-Бабы и сорока разбойников, даже запах внутри был особенным. Такие поездки всегда становились событием: не выездной бал, но очень близкое к нему ощущение — ожидание чуда. Мы получали свои книги, прижимали к сердцу, а дома торжественно выкладывали их на круглый стол в зале. Обычно они были упакованы в коробку или крепко связаны. Когда распечатывали, стоял неповторимый запах типографской краски. Сразу начинали рассматривать иллюстрации, читать. Не было горше наказания за провинность, когда книжный шкаф запирался. Наверное, сейчас родители так поступают с планшетами.


Наталья Массальская родилась 13 февраля 1953 года в Казахстане — в городе Гурьев (сейчас — Атырау). Окончила филологический факультет Кызылординского педагогического института. В Надыме живёт с 1985 года. Работала учителем литературы, режиссёром в Центре национальных культур. Первые стихи опубликованы в 1991 году в газете «Комсомольская вахта» (трест «Севергазстрой»). В 2004 году заняла первое место в окружном конкурсе «Поэтический мир женщины». Одно из стихотворений вошло в сибирский двухтомник «Слово о матери». Автор четырёх книг: «Я — зеркало твоё», «Свет в окошке», «Солнечный мальчик» и «Странница».


– Любовь к поэзии тоже с детства?

– Да. Это передалось от мамы. Она наизусть читала нам стихи русских поэтов. Как-то незаметно и естественно стихи заполоняли и нашу память.

– Помните своё первое стихотворение? Что подтолкнуло написать его?

– Помню. Оно было зимнее, посвящено Деду Морозу. Стихотворение вызвало восторг среди моих друзей во дворе и в классе, поэтому я, недолго думая, отправила его в Москву в какой-то детский журнал. Ответ пришёл в школу. Видимо, кто-то из учителей тогда помогал мне. В красивой новогодней открытке было написано, что у меня есть способности, и чтобы я не бросала это дело. Что и говорить, ответ из самой Москвы произвёл фурор. Тогда значение этого слова я не знала, но восхищённые взгляды одноклассников ловила. Позже все школьные сочинения писала только в стихах, чем заслужила гордое прозвище «поЕт» — именно так, через «е» (смеётся). Зато пятёрки мне были обеспечены.

– Кто был вашим первым читателем и критиком?

– Сначала мама, потом подруги, затем муж и дети. Позже — «крылатые» братья и сёстры из НЛО (Надымское литературное объединение. — Прим. авт.). Сейчас первые читатели — друзья и подписчики в соцсетях.

Знакомство с НЛО

– В 1991 году вы стали членом литературного объединения «Надым». Кто привёл вас туда?

– 1991 год был тяжёлым для меня. Год без мамы. Иногда кажется, что именно она с неба подкинула мне НЛО. Помню, в те годы в газете «Рабочий Надыма» часто печатали стихотворения надымчан. Я их всегда читала. А в тот год, когда уже не знала, чем заполнить пустоту от потери самого родного человека на Земле, решила отнести свои стихотворения в редакцию. Переписала несколько в обычную двенадцатилистовую тетрадку. Там взяли и пообещали ответить. Позвонили на следующий день. Когда пришла, меня окружили, расспрашивая и разглядывая. Сказали, что мне срочно нужно связаться с Людмилой Ефремовой.

Члены литературного объединения «Надым», 1990-е годы. Наталья Массальская — во втором ряду третья слева. Фото: предоставлено из личного архива Людмилы Ефремовой
Члены литературного объединения «Надым», 1990-е годы. Наталья Массальская — во втором ряду третья слева. Фото: предоставлено из личного архива Людмилы Ефремовой

Встреча произошла не сразу. У меня было много работы, трое детей. Да и боязно — какие-то люди будут что-то говорить по поводу моих стихотворений. Но всё-таки договорились о встрече. Сначала увиделась с самой Людмилой Георгиевной, через некоторое время с остальными участниками НЛО. То знакомство запомнилось на всю жизнь. Я долго читала стихи, всё время пыталась остановиться, но меня просили продолжать. Это было удивительно и приятно. Наши встречи стали еженедельными. И на каждой — свежеиспечённые стихи и пироги. В прямом смысле слова (смеётся). Помню, как поместила в пирог свою первую книгу «Я — зеркало твоё». Было очень весело, вкусно и памятно…

– Что вам дали эти встречи?

– НЛО помогло мне встать на крыло. Там всегда было душевно, тепло — так, как бывает только в своей стае. Абсолютное отсутствие зависти. У всех. Только восторг, удивление и желание радовать. Время было интересное: пустые полки магазинов, а наше творчество огромно и безраздельно. Благодаря мэру Владимиру Николаевичу Ковальчуку, мы начали издавать книги и раз в пять лет — альманах «Окно на Север». Помню, когда получили первый номер, не сговариваясь, подходили друг к другу со своим экземпляром за автографами. Потом это стало традицией.

Фото: предоставлено из личного архива Натальи Массальской
Фото: предоставлено из личного архива Натальи Массальской

Постановками «болели» дети и родители

– Вы пишите не только стихи, но и пьесы для спектаклей. Что из этого даётся сложнее? И почему?

– Может, кому-то покажется позёрством или неправдой, но у меня никогда не было сложностей в процессе создания стихотворений или постановок. Всё происходило само собой — просто и гармонично. Самое интересное, если и начинаю писать пьесы прозой, то с какого-то мгновения они всё равно переливаются в стихи и текут уже полновесным текстом-рекой. По отзывам ребят, так даже лучше — легче выучить. Возможно, где-то мне не хватало знаний, но их с лихвой восполняли идеи, озарения. А потом, когда видишь благодарные лица зрителей, их слёзы, уже готов снова творить. Без слёз никак — это же очищение, а оно всегда было и есть в моих произведениях.

– Похоже, театр прочно вошёл в вашу жизнь.

– Если раньше я говорила, что не могу дышать без рифмы, то теперь и без сцены не могу. При этом не мне надо быть на сцене, а моему детищу, моей пьесе, моим актёрам. Любовь к театру тоже из детства. У нас был шумный двор, многонациональный — подобный тому, который описывает Анвер Бикчентаев в своём «Большом оркестре». Мы всегда что-то придумывали, начитавшись книжек. То были мушкетёрами и отчаянно сражались деревянными шпагами, то активно помогали всем живущим поблизости бабушкам и дедушкам, внося сумятицу в их размеренный распорядок дня, то поправляли несуществующие очки на носу тем самым жестом, что Валерка из «Неуловимых», то репетировали сочинённую самими же пьесу и показывали её всему двору.

– Наверное, поэтому вы решили вести литературно-театральную студию в школе? Сложно было приобщать к театру мальчишек и девчонок?

– Когда я пришла работать в первую школу Надыма, то первые мои слова были о создании театра. Сначала ставила постановки в своём классе, с которыми ежегодно выступали в школьном «Городе мастеров». К моему большому удивлению, мой первый же класс — коррекции, между прочим — занял первое место. Нас даже наградили выходным днём! С тех пор началось увлечение театром, причём не только моё, но и детей. Пьесы придумывались и писались на ходу. Постановками «заболели» даже родители. Сначала наша студия называлась «Пегасёнок». Мы ставили спектакли каждые каникулы, показывали всей школе. Дети взрослели, и название изменилось на «Пегас». На встречах и репетициях всегда обсуждали не только нынешнюю постановку, но и произведения самих ребят. В основном это были стихотворения.

Фото: предоставлено из личного архива Натальи Массальской
Фото: предоставлено из личного архива Натальи Массальской

В 1998 году мы стали лауреатами «Театральной весны», показав спектакль «Тетурам-2». Наш «Пегас» пробил своим копытцем кастальский ключ — источник вдохновения. Так потом и стала называться наша студия — «Кастальский ключ». А когда её выпускники окончили 11 классов, администрация школы преподнесла им фантастический подарок — каждому по альманаху «Кастальский ключ», в котором были напечатаны их стихотворения и песни. Спасибо за это Любови Аргуновой, Римме Топилиной и директору Юрию Липину.

К слову, в те годы с переменным успехом за право называться «Актёр года» конкурировали двое ребят — наш Даниил Безносов и Серёжа Перегудов из другой школы. И что вы думаете? Даниил стал режиссёром, а Сергей — актёром. Оба состоялись как личности.

– В Центре национальных культур вы тоже занимались постановками?

– Да. Нигде и никогда мне не работалось так легко и крылато, как там! Там я проникалась любовью к фольклору народов Севера, начала перерабатывать сказки. Некоторые из них даже вошли в «Антологию народов Севера». Там же написала ненецкую сказку для детей «Олень — секрет», которая вошла в мою детскую книгу «Солнечный мальчик». Даже спектакль хотели по ней ставить в День оленевода, но не вышло. Зато были другие постановки. А пьеса «Орфей», поставленная надымской гимназией под руководством режиссёра Людмилы Городней, стала лауреатом окружного фестиваля и вошла в предпоследний альманах «Окно на Севере».

«Я всегда пишу»

– Вы упомянули сборник «Солнечный мальчик». Насколько вам близка тема детства?

– Близка. У меня много неопубликованных пьес для детей и молодёжи, которые просто не поместились в эту книгу. Сборник дорог мне, он посвящён внуку Артёму, а веб-макет и иллюстрации принадлежат дочери Таис, кроме тех, что относятся к «Дог-шоу» — их выполнила моя подруга Ольга Андриянова. Специально книга не писалась. Первая часть — это мини-зарисовки по мере взросления внука, вторая была написана по просьбе устроителей собачьего конкурса и получила название «Дог-шоу», в третью вошли пьесы, созданные в разное время по просьбам надымских учителей и воспитателей для «Театральной весны». Мне кажется, эта книга могла бы стать хорошим помощником для родителей и педагогов Ямала, потому что в ней присутствует северная тематика.

– Что вас вдохновляет: любовь, путешествия, природа?

– Любовь во всём её многообразии. Я всегда пишу. Темы подкидывает сама жизнь. Иногда появляются поводы. Например, в прошлом году по просьбе Эллы Ахметовой написала «Надымский вальс», который исполнили под музыку в День Победы. Это не первое моё стихотворение, ставшее песней. Чаще всего писала в соавторстве с талантливыми композиторами Эриком Ахмедовым и Юрием Узуном.

– Наверное, за долгие годы жизни в Надыме город стал для вас родным.

– Конечно. Столько всего происходило и помимо литературной жизни. В 1995 году мы переехали из одной квартиры в другую. Через какое-то время в лифте случился пожар, его очень долго не ремонтировали. Ходить по закопчённому подъезду было невозможно. И мы, не дожидаясь ремонта, сами раскрасили стены. Мне помогал буквально весь дом: кто — идеями, кто — тоже брался за кисточки, особенно дети. Пусть наши рисунки не были высокохудожественными, но благодаря общему труду мы подружились. На первой картинке мы изобразили оленеводов в тундре. Дверь моей квартиры с тех пор так и осталась раскрашенной — на ней моя семья в виде морских котиков. В Надыме родились Миша и Таис. А место рождения детей всегда незабываемое, кровное. А ещё по родному городу ходит автобус с моими стихами на корпусе. Прилечу из Санкт-Петербурга — обязательно на нём прокачусь.

– О чём мечтаете?

– Мечтаю о мире во всём мире. Это не просто лозунг или девиз, это суть жизни. А ещё надеюсь, что буду всегда писать, «а иначе зачем на земле этой грешной живу?» — строчки Булата Окуджавы очень подходят для меня. Знаете, когда два года назад мне делали шунтирование, меня очень волновала мысль: если что-то случится, стихи улетят. Не улетели, спасибо Тебе, Господи!

Стихи

Как я стихи свои пишу?

Вопрос простой — ответ несложный.

Пишу, как воздухом дышу,

Слова вдыхая осторожно.

На вкус попробую, на цвет:

Душа оправдывает выбор.

А уж какой я там поэт,

Судить тому, кто стих мой выбрал.

Но если строчки, что нежны,

В день будничный согреют сердце,

То значит, всё-таки нужны

Знакомство наше и соседство...

Север

Было лето или не было?

Север — этим все и сказано.

День, как ночь, а ночи — белые.

И живут здесь люди разные.

С юга, запада, востока —

Кто на год, а кто на годы

Залетели ненароком

Прямо в лапы к непогоде.

В белой кипени метели

Тридцать лет прошли, как дым,

И в объятьях вечной ели

Расцветает мой Надым.

Колокольный звон надеждой

Отзывается в сердцах —

Город счастья, город снежный

В золочёных куполах.

Не измеришь ты деньгами

Все, что сердцем здесь нажил:

Колдовским своим сияньем

Север всех приворожил!


Книга Натальи Массальской «Странница» будет издана за счёт окружного бюджета благодаря победе в конкурсе, который проводила окружная редакционно-издательская комиссия. В числе победителей — ещё шесть ямальских авторов. За время работы РИК издано более сотни книг тиражом от 300 до 1000 экземпляров.


Текст: Татьяна Муштаева

Журнал «Северяне», № 1, 2024 г.


2

0

0

0

0

0



обновлено: 12:46, 09 февраля 2024

Темы

Архив журнала «Северяне», Творчество, Литература, История Ямала