0°C
Салехард

обновлено: 15:24, 05 сентября 2022

Общество

Валерий Чалый: «Не знаю, почему комар из Ноябрьска так всех зацепил»

Валерий Чалый из Ноябрьска известен далеко за пределами Ямала как автор памятника комару. Своим творением художник гордится, но считает, что у него есть и другие не менее интересные работы. И это не только скульптуры.


В 2021 году памятник комару попал в тройку лидеров всероссийского конкурса среди самых необычных скульптур. Каждый, кто бывает в Ноябрьске, непременно едет в посёлок Ладный, что в восьми километрах, чтобы сфотографироваться с «кровососущим» гигантом. Валерий Анатольевич такой популярности искренне удивляется.

Валерий Чалый. Фото из личного архива
Валерий Чалый. Фото из личного архива

– Не знаю, почему именно комар так всех зацепил и даже стал своего рода брендом, — говорит он. — Идея создать его появилась у меня в беседе за кружкой чая. Рассуждал, что раз уж занялся железом, почему бы не сделать что-нибудь этакое из разных болтов, гаек и запчастей, причём соответствующего масштаба. Хотелось, чтобы образ создавал ощущение движения, жизни. Комар сразу пришёл на ум. Ведь они у нас на Севере ого-го какие. На самом деле это уникальное насекомое, до которого нам, людям, очень далеко. Оно сыграло огромную роль в освоении этих земель. Комар очень долго никого не пускал сюда. Это сейчас мы умеем с ним бороться с помощью разных спреев и ловушек, а представьте, что было сто-двести лет назад. Потому свой памятник я назвал «Комар — хранитель Сибири»…

Руководство ООО «Газпромтрансгаз Сургут», где работает Валерий Чалый, идею поддержала. Художник получил доступ к цеху разборки и смог выбрать необходимые детали и железо для комплектации будущего арт-объекта.

– Сначала я изучал комара под микроскопом. Это такой сложнейший летательный аппарат! Потом сделал зарисовки, эскизы в масштабе. Над скульптурой работал в своей мастерской, когда появлялось время. Почти всю зиму её делал. Была возможность, звал помощников — сварщиков. Да и детали были тяжёлыми, одному не перенести. Коллеги заглядывали ко мне периодически, комментировали, что им нравится или не нравится.

Некоторые детали пришлось сваривать на улице, потому что целиком в ворота комар не проходил. Его высота около двух метров, ширина — три, а вес — почти полторы тонны.

Зато окончательный результат превзошёл все ожидания. Металлическое насекомое выглядело как настоящее: многочисленные шурупы и болтики, изящные изгибы из железа, сверкающие глаза из фар и хоботок из трубы как будто приводили его в движение. Иллюзия воздушной лёгкости, к которой стремился художник, была достигнута. В 2006 году «хранитель Сибири» «поселился» в посёлке Ладный на территории компрессорной станции №1.

Откуда руки растут

Рисованием наш герой увлёкся ещё в детстве, когда жил в посёлке Золочев Харьковской области.

– Рисовал на всём что под руку попадёт: на полях тетрадей старшего брата, на газетах. Моя мама работала бухгалтером и у неё было много бумаги для печатной машинки — рисуй сколько хочешь, — вспоминает Валерий Анатольевич.

Откуда появилась эта тяга к искусству, сказать сложно. Сам художник предполагает, что от родственников по материнской линии. Например, дедушка был хорошим столяром-краснодеревщиком. Он образно мыслил, умел спланировать, расчертить. И часто свои планы обсуждал с внуками. Его сын Иван Максимович, старший брат матери, тоже был разносторонним человеком. Учился в Харьковском университете имени Каразина, занимался фотографией, прекрасно владел карандашом и другими ремёслами. Он всегда был центром притяжения для окружающих его людей.

– Портрет дедушки, нарисованный им и украшавший стену в зале, был потрясающим. Жаль, что он многого не успел. В 1941-м, сразу после окончания университета, его призвали в армию. В том же году он погиб под Киевом. Это была очень большая потеря для семьи...

Когда Валерию исполнилось семь лет, отец отвёл его в Дом пионеров. Кружок по изобразительному искусству заворожил школьника, отодвинув на второй план увлечения спортом, шахматами и кукольным театром.

– Позже в посёлке открылась художественная школа, и я стал первым учеником, которого туда записали. Помню класс — комнату со свежеокрашенным полом и несколькими табуретками. Больше ничего. Даже мольбертов не было. Со временем, конечно, всё появилось. Три года пролетели незаметно. Для нас, детей, педагоги были как боги, мы слушали их, разинув рты.

После окончания восьмого класса в 1980 году юный художник поступил на художественно-педагогическое отделение Харьковского государственного художественного училища. Без искусства он уже не мог.

– Помню, как пришёл из армии и почти сразу отправился в Харьковский художественно-промышленный институт. Прямо в армейской шапке. Набор, конечно, уже давно закончился, учебный год был в разгаре, — вспоминает Валерий Анатольевич. — Умные люди посоветовали устроиться на работу в вуз и посещать бесплатные курсы. Так я и сделал. Утром был помощником электрика, а вечером занимался на подготовительных курсах. Дорога к поступлению была открыта.

Самым драгоценным опытом в обучении Валерий Чалый считает момент, когда стал лаборантом кафедры рисунка. Он присутствовал на всех заседаниях и просмотрах. Не только помогал преподавателям с реквизитом, освещением, но и внимательно слушал — вникал в суть, впитывал премудрости важнейшей академической дисциплины — рисунка.

– Ты видишь, на какие ошибки указывает специалист, за что хвалит. Я начал во многом разбираться. Даже последующая учёба в институте не дала мне столько, сколько два года работы на кафедре.

Художник, скульптор, мастер ДПИ

Живопись и графику Валерий Чалый называет основными направлениями своего творчества. Однако не единственными. Учиться и экспериментировать с новым материалом — то, к чему всегда стремится наш собеседник.

– Любое новое ремесло мне интересно, — признаётся он. — Как-то увлёкся скульптурой из снега и льда. До сих пор участвую в строительстве снежных городков. Нравится работать с деревом и костью. К железу потянуло в начале 2000-х. Помню, как впервые с помощью сварки сделал крокодила. Он до сих пор стоит в посёлке. Бывает, в мастерской занимаюсь сразу четырьмя-пятью работами. В последнее время всё больше нравится возиться со стеклом. Особенно красиво получается, когда объединяешь его с металлом.

Валерий Чалый даже пошивом костюмов занимался. Сначала — из-за производственной необходимости: для культурно-массовых мероприятий внутри предприятия. Позже шил сценические наряды для уличных представлений, изготавливал рыцарские доспехи и маски животных: оленя, медведя, ворона, совы…

– Я же художник. Если передо мной стоит творческая задача, я её выполняю. Нужно проиллюстрировать книгу — сделаю. Нужно сшить костюм — сошью.

– А есть что-то, что вы не умеете? — спрашиваю.

– Много всего, — улыбается. — Например, ювелиркой не могу заниматься. Просто всё охватить невозможно, да и смысла в этом нет. Хотя зарекаться нельзя. Мало ли как жизнь сложится.

Так получилось, что после комара Валерий Анатольевич создал ещё несколько скульптур, которые украшают не только улицы Ноябрьска, но и Сургута.

– Из масштабных проектов я бы выделил памятник газовику. Он рождался в муках. Я делал эскизы, лепил макеты из пластилина. Всё это много раз перепроверялось, утверждалось. Работу принимали сами газовики. Они указывали на ошибки, которые были в изображении технических деталей. Отливали скульптуру на Каслинском заводе архитектурно-художественного литья в Челябинской области. Тогда в работе мне очень помог Юрий Леонидович Перминов, заместитель директора нашей компании. Он занимался всеми организаторскими вопросами, всегда был моим творческим импресарио во время нашей совместной работы в Газпроме.

Памятник Газовику. Фото: surgut-tr.gazprom.ru
Памятник Газовику. Фото: surgut-tr.gazprom.ru

В Сургуте есть ещё несколько творений Валерия Чалого — скульптурная группа «Люди реки» у берега Саймы, медведи и бредущие олени.

– Все скульптуры мне дороги. В каждую работу погружался с головой. А если ты ныряешь в тему, то не вынырнешь, пока не закончишь.

Ноябрьск — любовь с первого взгляда

Первое знакомство художника с Севером состоялось в 80-е годы прошлого века, когда в университете были зимние каникулы.

– Хлебнул я тогда северной романтики по самые уши, — говорит Валерий Анатольевич. — Приехал в Когалым подзаработать. Мне и напарнику поручили расписать стены в спортзале. Отопление не работает, на улице -47 градусов. У нас краска застывала. Так и работали: в тёплой одежде и в валенках на высоте 5-10 метров. При этом там, где я жил, не было нормальной питьевой воды и бани. Продукты выдавали по талонам. В кармане пусто. Это было настоящее боевое крещение.

Трудности не испугали, а даже наоборот. В начале 1990-х Валерий Чалый вместе с женой переехал в Ноябрьск и живёт здесь уже тридцать лет.

«Вслед за полярным солнцем». Металл, стекло, дерево. Фото предоставлено Валерием Чалым
«Вслед за полярным солнцем». Металл, стекло, дерево. Фото предоставлено Валерием Чалым

– Нам понравился этот город, едва увидели его из самолёта. Меня, как художника, зацепили цветовые решения в дизайне жилых кварталов: дома были раскрашены. После серых панелек увидеть такое — настоящее потрясение. Сейчас этим никого не удивишь, но в то время это было передовое дизайнерское решение. Идёшь по городу, и от красоты вокруг петь хочется, окружающая действительность воспринимается по-другому.

В городе тогда было много молодёжи. Все лёгкие на подъём. Каждый день новые знакомства, общение. Проблем с художественными заказами не возникало.

С тех пор многое изменилось. Из перспективного молодого художника вырос настоящий мастер, работами которого восхищаются. Позади множество выставок разного уровня. Но по-прежнему особый трепет наш собеседник испытывает от персональных вернисажей.

– К ним готовишься тщательнее, потому что показываешь себя, своё лицо. Мне нравится, когда люди смотрят и высказываются. Особенно люблю моменты обсуждения в узком кругу специалистов. Но больше всего дорожу мнением жены-художника. Она мой главный консультант, соратник. Мы часто работали вместе, у нас одна академическая школа, одинаковое мировоззрение. Хотя бывают и споры.

Академистом Валерий Анатольевич был всегда.

— Мне очень близко русское искусство XIX века. Русская икона, передвижники. Но и модерн интересен. Черпаю вдохновение и из античного искусства, и из европейского. Сейчас молодые художники всё меньше внимания уделяют академическим основам в плане владения рисунком. От этого их работы часто разваливаются композиционно. А ведь о таком нельзя забывать. И, конечно, нужно работать над собой, писать постоянно, запоем. Тогда всё получится.

Самого Валерия Анатольевича часто можно увидеть с кистью в руке.

— Пишу маслом, акрилом, пастелью. Работаю со стеклом, деревом и металлом. Иногда хочется рисовать обычной шариковой ручкой. Такие рисунки получаются быстро, потому что реакция «глаз-мозг-рука» моментальная. По возможности бываю на пленэрах.

Правда, в последнее время у художника нечасто получается выбраться на природу с мольбертом. Уже несколько лет свой отпуск он посвящает строительству дома на большой земле.

– Для нас с женой это дом мечты. Инна Викторовна у меня по образованию проектировщик интерьеров, выставок, реклам, малых архитектурных форм. Она нарисовала и спроектировала дом. Мы изобразили его в разрезах, планах, проекциях. Много размышляли над привязкой к ландшафту. Он не простой, нетиповой, даже крыша особенная, на фасаде будут элементы из стекла и металла. На территории уже «поселился» олень, сделанный из железа. Очень хотелось бы пожить в этом доме, занимаясь любимым делом — искусством.


Татьяна Муштаева

Журнал «Северяне», №2, 2022 г.


2

0

0

0

0

0



обновлено: 15:24, 05 сентября 2022

Темы

Архив журнала «Северяне», История Ямала