0°C
Салехард

обновлено: 09:23, 22 июня 2022

Великая Отечественная война. Истории нескольких фотографий

У войны огромная тень: 81 год назад она накрыла всю страну, наложив особый отпечаток на лица людей — даже тех, кто ещё не знал о её начале. Это хорошо видно по фотографиям того рокового дня. Есть такой кадр и архиве журнала «Северяне».


На снимке в верхнем ряду — зоотехник Надежда Большакова, приехавшая в село Горки с дочерью Натальей 22 июня 1941 года. Спускаясь на берег, пассажиры и команда «Тачанки» ещё не знали о разразившейся катастрофе. Судя по теням, фото сделано часов в одиннадцать утра. До начала трансляции с выступлением Молотова остаётся больше трёх часов. В этот момент вокруг Брестской крепости неумолимо смыкается кольцо окружения. Московские гастрономы принимают первых посетителей. 20 000 школьников, прибывших ранним утром в столицу из городов и районов области, готовятся к детскому празднику в парке «Сокольники». Граница СССР от Балтийского до Чёрного моря сотрясается под таранными ударами «Барбароссы»…

22 июня 1941 года. Фото из архива семьи Большаковых
22 июня 1941 года. Фото из архива семьи Большаковых

Надежда Большакова, сфотографировавшись на память, спокойно идёт с дочуркой по селу. Многие из тех, кто ей приветливо кивает на улице, не доживут до мая 1945-го. Всё самое страшное ещё впереди…

Да, этот снимок особенный. Вроде солнечный, по-домашнему добрый. И люди на нём улыбаются. Но стоит увеличить лица мужчин и настроение меняется. Эти люди будто знают уже, что их ждёт. И даже паренёк в центре кадра выглядит решительным и немного уставшим. Впереди четыре года войны. Призовут ли его, вернётся ли он домой?

Публикации этого раздела посвящены скорбной дате — началу Великой Отечественной войны. Они о тех, кто пронзил искрой своей жизни полки, флотилии и эскадрильи. Они для тех, кто живёт сейчас.

ГЛУБОКИЙ ТЫЛ, ТЯЖЁЛЫЙ ТРУД

В многотонной массе документов военной поры затерялся альбом, собранный за тысячи километров от арены великих сражений. Он начат с первыми выстрелами Великой Отечественной — летом 1941 года, окончен — осенью 1942-го, когда в Сталинграде шли тяжёлые бои.

На редких кадрах тылового фотографа нет места смерти. Здесь только жизнь и мирный труд жителей села Горки — работников колхоза «Заря». Вот они косят траву под водой, отстраивают звероферму, придумывают и собирают соломорезку. Живые. Энергичные. Сосредоточенные. Их оружие — ударный труд. Их победы — богатый урожай арктической капусты, новенький телятник, спасённый молодняк. Всё то, без чего невозможно выживание воюющей страны.

Сейчас этот альбом хранится в Шурышкарском районном музейном комплексе имени Г. С. Пузырёва. В нём всего 23 фотографии, но как много они могут рассказать о том тревожном времени.

До победы ещё далеко, война только началась. Ещё не всех мужчин отправили на фронт.

Автор альбома — Надежда Большакова, приехала в Горки 22 июня 1941 года. Ступив на ямальскую землю, молодой зоотехник ещё не знала, что началась война. Позже, холодными зимними вечерами, в свете керосиновой лампы она клеила фотографии в альбом и подписывала их чернильной ручкой…

Ровно через семьдесят лет, в 2011 году, её младшая дочь Татьяна передала альбом музею. Вот что она написала в своих воспоминаниях:

«Мама всю жизнь увлекалась театром, драмкружком и во время войны начала писать пьесы. Нужна была пьеса о войне, вот режиссёр (тогда наши жили в Горках) и попросил, зная, что она пишет в газету, попробовать. И они ставили эту пьесу. А уже, когда мы жили в Подмосковье, две мамины пьесы опубликовали в издательстве «Советская Россия» в серии «Библиотечка. «В помощь художественной самодеятельности» в сборниках одноактовых пьес. В 1965 году — пьесу «Один день», а в 1966 году — «Над широкой Обью». Обе о Севере, о наших местах...»

Стихотворение Татьяны Павловны Большаковой отражает суть пьесы о войне:

А девочка пластинку слушает

И не поймёт, откуда грусть.

Ведь голос, тихий и простуженный,

Ей обещает: «Я вернусь...»

И будет снято затемнение,

И будут танцы под гармонь.

И будет, будет возвращение

Для всех, разбросанных войной.

Первый колхоз-миллионер

Что мы знаем о Горках той поры? Кто тогда жил в селе? Районная газета в апреле 1988 года писала:

«Село возникло в 1931 году в сложное для страны время. Первые жители были спецпереселенцы — самостоятельные, хозяйственные, с трудовой жилкой. И несмотря на всякие экономические и политические поветрия, не слишком изменили своей натуре...»

Село росло стремительно. Каждую неделю под ключ сдавался новый дом. Всего за лето 1931 года было построено 46 домов. Одновременно возвели школу на 120 учеников. Ханты назвали это место «Елап вып» — Новое село, но местная администрация уточнила — это Красные Горки. Постепенно слово «красные» отошло на задний план, осталось весёлое — Горки. Кстати, единственное русское название среди населённых пунктов района.

Удачная охота. Фото предоставлено Шурышкарским районным музейным комплексом имени Г. С. Пузырёва
Удачная охота. Фото предоставлено Шурышкарским районным музейным комплексом имени Г. С. Пузырёва

Новые дома делились на четвертинки, в каждую вселялось несколько семей. На Кушеватский рыбозавод местные работники ходили за четыре километра пешком. В 1933 году в Горках зародилась неуставная сельскохозяйственная артель, которую через шесть лет преобразовали в многоотраслевой колхоз «Заря». И здесь эти униженные и обобранные советской властью люди показали чудеса умелой работы. К началу 40-х годов хозяйство стало первым в районе колхозом-миллионером. Сельскохозяйственные культуры занимали 100 гектаров пахотной земли. В двухстах километрах к югу от полярного круга получали богатые урожаи картофеля, репы, турнепса, капусты, свёклы. Также сеяли ячмень и овёс, в парниках и теплицах выращивали огурцы и помидоры. Разводили лошадей, коров, свиней, овец, кур. Занимались ремеслом. Вот какие люди смотрят на нас с фотографий.

Бригадир-животновод Егармин на сенокосе в 1941 году. Косить приходилось с лодок, глубина — 2-2.5 метра. Фото предоставлено Шурышкарским районным музейным комплексом имени Г. С. Пузырёва
Бригадир-животновод Егармин на сенокосе в 1941 году. Косить приходилось с лодок, глубина — 2-2.5 метра. Фото предоставлено Шурышкарским районным музейным комплексом имени Г. С. Пузырёва

ГЕРОЙ БЕЗ ЗВАНИЯ ГЕРОЯ

Ямалец Мурт Пандо совершил невозможное — получив пять ранений, он вернулся с войны с пятью боевыми наградами. Он мог стать одиннадцатым Героем Советского Союза, чья судьба связана с автономным округом. Наградные документы на присвоение ему высшей степени отличия в СССР ушли к маршалу Рокоссовскому на подпись, а вернулись с орденом Боевого Красного Знамени…

Журнал «Северяне» ищет родных и близких героя, чтобы узнать о его судьбе. В позапрошлом году мы опубликовали статью Юрия Канева «Мурт Пандо. С ППШ наперевес» (№ 3, 2020). Автор по крупицам собирал информацию о ямальце, сетовал, что даже фотографии его найти не может. На помощь пришли сотрудники МВК имени И. С. Шемановского, предоставили Юрию Викторовичу фотографию героя его публикации.

На архивном снимке три человека. Указаны их имена: Мурт Пандо (слева), Я. Худи и А.Ф. Филиппов. Возможно, кто-то из читателей узнает одного из них и свяжется с редакцией. А пока нам известно, что Мурт Ховович (или Хавгович) Пандо родился в 1922 году в Приуралье. В армию его призвали в июне 1942-го, осенью он получил первое ранение. В 1943 году Мурт воевал в составе роты автоматчиком 1193-го стрелкового полка 360-й стрелковой дивизии. 5 июня в бою получил второе ранение, а третье уже в октябре — тогда у деревушки Савино он истребил девять вражеских солдат. Именно на Калининском фронте ямалец «заработал» свою первую награду — медаль «За отвагу».

Мурт Пандо (слева), Я. Худи и А.Ф. Филиппов. Фото из фондов МВК им. И. С. Шемановского
Мурт Пандо (слева), Я. Худи и А.Ф. Филиппов. Фото из фондов МВК им. И. С. Шемановского

После выздоровления попал в роту автоматчиков 275-го стрелкового полка 117-й стрелковой дивизии, в которой воевал до самой Победы. Здесь же он принял участие в победоносной операции «Багратион». Дивизия стремительно наступала сначала в Белоруссии, затем в Польше. В бою 14 июля 1944 года около городка Дольск автоматчик Пандо, несмотря на ранение, стойко отражал контратаки противника. Командование отметило храброго солдата второй медалью «За отвагу».

А через две недели, 29–30 июля, ефрейтор Мурт Пандо — такое имя для восприятия было удобнее — совершил очередной подвиг. Тогда перед полком поставили задачу по форсированию Вислы в районе города Казимеж Дольный. Для захвата плацдарма было отобрано девять лучших солдат. С помощью подручных средств они тайно переправились и внезапно сбили с позиции роту (!) противника, обеспечив переправу 275-го стрелкового полка.

Мурт в этом бою уничтожил девять фрицев, и, несмотря на четвёртое по счёту ранение, вёл бой по удержанию плацдарма. Каждого из девяти бойцов представили к званию «Героя Советского Союза». На обороте наградного листа — размашистые генеральские подписи о согласовании. Бумагу подписали командир 117-й стрелковой дивизии генерал-майор Коберидзе, командир 91-го стрелкового корпуса генерал-майор Волков и командующий 69-й армии генерал-лейтенант Колпакчи. Оставалась только виза командующего 1-м Белорусским фронтом маршала Рокоссовского. Но Военный совет фронта по каким-то причинам снизил уровень наград. И 10 октября 1944 года Мурта Пандо с товарищами наградили орденами Красного Знамени.

Пятое ранение наш герой получил 10 ноября того же года и попал в медсанбат. А уже в начале февраля он в составе штурмовой группы двигался к крепости Познань. В дивизионном журнале боевых действий написано:

«Штурмовым группам впервые пришлось столкнуться с такими мощными фортификационными сооружениями, как существующие форты и ДОТы. Блокировка фортов составляла исключительную трудность в силу большой огневой мощи и живучести последних».

Но опытные солдаты упорно выкуривали сопротивляющихся немцев. В очередном наградном листе зафиксирован подвиг ефрейтора Пандо:

«17.02.45 огнём своего автомата подавил огневую точку и уничтожил двух фрицев».

В день Красной Армии приказом по дивизии его наградили орденом Славы III степени. В этот же день остатки познанского гарнизона были истреблены или сдались в плен. Командир 275-го стрелкового полка майор Корчагин незамедлительно подписал новый наградной лист на автоматчика Пандо, уничтожившего в бою пять гитлеровцев. Ещё один Орден Красного Знамени украсил грудь нашего героя.

До 20 апреля дивизия находилась во фронтовом резерве, затем её бросили в наступление на Германию. Через двадцать дней война закончилась. Но только в сентябре 1946-го младший сержант Мурт Пандо вернулся на Ямал. Здесь ему вручили медаль «За победу над Германией». Дальнейшая судьба ямальского героя нам неизвестна.

Редкий случай — пехотинец был награждён тремя орденами и двумя медалями «За отвагу».


Над текстом работали: Андрей Баландин, Елена Башкирцева, Елена Кузнецова

Народный журнал «Северяне» № 2, 2021


2

0

0

0

0

0



обновлено: 09:23, 22 июня 2022

Темы

ВОВ, Память, Архивы, Село Горки, Новости ЯНАО, Новости Ямала