0°C
Салехард

Бумаге – и да, и нет

– Я официально заявляю: меня в интернете нет, – сообщил Евгений Гришковец. Электронный дневник ведется с рукописного источника, записи размещает на сайте odnovremenno.com знающий человек. От имени писателя публикуются новости на его страничке в фейсбуке. – А недавно узнал, что кто-то под моим именем завел аккаунт в инстаграме. Утверждаю: это не я, – говорит Евгений Гришковец в интервью перед спектаклем.


В Салехард за два года писатель приезжает в третий раз. На днях горожане аплодировали спектаклю «Прощание с бумагой».

Показывал промокашку (вот вы когда последний раз живьем видели промокашку?). Автобусный билетик. Рассказывал про письма из Англии, ждать их приходилось по два месяца. Вспоминал про записку жене в роддом. А когда родился второй сын, записок уже не было – были смс-сообщения, которые не сохранились.

Утверждал, что нынешнее поколение – люди без воображения. 

Со многим я не согласна. У меня сложные отношения с бумагой. Я ничуть не скучаю по запаху книг. Не понимаю, почему чтение настолько завязано на кинестетике. Кто-то сболтнул однажды про шорох страниц и запах бумаги – и понеслось, все тут же привязали физические ощущения к восприятию букв, складывающихся в мир по ту сторону романа. 

Как будто информация в чистом виде, без физической составляющей в виде запаха и шершавости букв, не производит впечатления.

Да точно так же производит. Не теряется острота гениальных произведений, честное слово, даже если вы их читаете с ноутбука или ридера.

В моем детстве наша квартира была заставлена книгами. Две стены полностью в зале. Теперь весь этот объем – в ридере, который помещается в маленькую сумочку. А в зале – пустые стены с ободранными обоями. 

Не вижу в этом ничего плохого особенно когда появятся деньги сделать ремонт. 

По возможности писать ручкой – не скучаю. Меня не пугает поколение без почерка, как выразился Гришковец. Дети черпают информацию из интернета. И если уж у ребенка исследовательский склад мышления, глобальная сеть – не помеха.

Я совершенно точно знаю, что мысли выразить можно и через монитор. И ободрать душу в смс-ках, и качественно умереть в переписке в соцсетях. И убить, не без этого. 

Другое дело – да! – не останется артефактов. Сможем ли мы перечитывать написанное спустя годы? Вряд ли. Хотя недавно я ввязалась перечитать эпизод в личных сообщениях почти десятилетней давности. Нужно было уточнить какую-то деталь... Затянуло. Засыпала в слезах. Вспомнила те ощущения – до каждой трещинки в репликах. Паузы, скачки настроений, ожидание ответа. 

Я по-прежнему веду ежедневник. Однажды коллега был свидетелем, как я поговорила с кем-то по телефону и вписала в план еще одно дело (кому-то позвонить, составить какой-то документ или что-то в этом духе). 

И он удивился: «Ты еще пишешь от руки? А как же электронные ежедневники?»

Ну, не очень удобно писать в телефоне, когда ты по нему говоришь. У меня есть записная книжка и в телефоне тоже, такой полудневник-полуорганайзер. Но записи теряются, когда с телефоном что-то случается.

Осваиваю облако. 

Я люблю архивные документы. О, как я люблю архивные документы: все эти газеты, письма, протоколы Окрисполкома, предписания, сметы, акты, объяснительные и итоги инвентаризации. По ним действительно можно судить об эпохе. Причем интереснее рукописные артефакты тридцатых-сороковых годов, чем отстуканные на машинке – семидесятых-восьмидесятых. Позже попадаются и набранные на компьютере. 

Да, теперь таких нет. Но не станут же из-за этого отказываться от документооборота? 

А старые смс-ки хранятся в старом телефоне. Я как-то писала об этом.

...Все это ничуть не помешало впервые в жизни взять автограф в прошлогоднем номере журнала «Ямальский меридиан», когда мы писали про первый приезд Гришковца (на снимке). 

Но в очередной раз поразилась, как человек умеет рассказывать о том, что понятно абсолютно каждому, каждому человеку, сидящему в зале.


0

0

0

0

0

0



Темы