0°C
Салехард

Общество

Три разочарования первоклашки 1989 года

У Виктора Астафьева есть потрясающее по своей глубине и искренности произведение «Последний поклон», один из рассказов которого называется «Фотография, на которой меня нет». История-воспоминание о том, как на большой школьной фотографии не оказалось автора.


К чему это я пишу? Вчера в семейном фотоархиве нашлось случайное фото.

Случайное, потому что его не должно было быть ни у меня, ни у моих одноклассников. Это фотография школьной линейки 1 сентября 1989 года. Её мне на добрую память передала Римма Назаровна Казакова, когда работала директором нашей Шороховской средней школы. Она нашла этот снимок в архивах. И на этой фотографии есть я!

Понимаете, для сельской школы, пусть и второй по численности в районе, не постановочное фото у школьной доски, а именно вот такое, настоящее, запечатлевшее самый живой сюжет начала школьной жизни, не предполагалось.

Даже невозможно понять, кто и как сумел договориться с одним из фотографов из районного фотоателье (их там было всего два на район), чтобы он приехал со всей своей техникой и налепил нам, первоклашкам, совершенно одинаковых снимков у школьной доски, с тонкой белой виньеткой.

К сожалению, фотографии, сделанные после линейки в классе, не передают того ощущения, которое было там, в самом центре уличной площадки, с букварем в руке, с тайным ожиданием того, что вдруг именно тебе дадут в руки колокольчик с белым бантом и ты будешь громко-громко звонить в него, возвещая о начале учебного года...

А ещё я помню до сих пор то самое стихотворение, которое рассказывала на этой линейке:

Нежарким солнышком согреты,

Леса еще листвой одеты.

У первоклассников букеты.

День хоть и грустный, но веселый,

Грустишь ты: – До свиданья, лето!

И радуешься: – Здравствуй, школа!

Ну и первые школьные разочарования, без которых не обошелся этот день.

Во-первых, мама заплела мне такие тугие косички, что болела голова, а на мою просьбу красиво завить волосы отчитала по всей строгости: «хорошие ученицы с распущенными волосами не ходят!» ХА!!! Половина одноклассниц пришли с пышными хвостами, с локонами, с прямыми волосами... В общем, как угодно, но без стандартных кос.

Второе разочарование касалось формы. В 1989 году на наш класс родители не успели купить в Тюмени в магазине «Детский мир» дефицитную форму в виде шерстяного коричневого платья и фартуков. Поэтому выкупили для девочек ровно то, что осталось на прилавках для провинции – одинаковые платья в мелкую синюю клеточку с рукавами ужасного цвета плохо простиранной овечьей шерсти.

Разумеется, платья покупались оптом, без примерки, сразу на два класса... И кто бы потом что ни говорил, мое еще минимум полгода сидело отвратительно: длина не по росту, даже для шестилетки я была мелковата, рукава приходилось подгибать, а еще эта ткань оказалась неприятно колючей.

На замену этого наряда мне ничего купить даже и не пытались. Но часть девочек быстро сообразили еще до торжественной линейки, что платье не комильфо и выпросили у родителей дорогую германскую форму с оригинальными платьями голубого или розового цвета. Разумеется, посещать школу потом в этих нарядах им не разрешили, но сорвать восхищенные взгляды и пройтись на первой в жизни линейке яркой звездочкой они сумели.

Ну а третье разочарование убило всех девочек 1 «а» вместе взятых. Получив от старшеклассников в руки буквари, мы начали шепотом спорить, кому же из нас доверять звонить в колокольчик. Две девочки начали толкаться и дергать друг друга за волосы, потому что каждая считала, что именно ей должен достаться колокольчик и право открыть учебный год.

Аргументы были весомы с каждой из сторон: у одной папа работал местным участковым и были красивые желтые, почти цыплячьего цвета махровые колготки, у другой – мама работала учителем начальных классов...

Каково же было их разочарование, когда из третьего ряда подала голос девчушка, одетая в совсем не в форму и даже не те платья, которые нам прикупили женщины родительского комитета... Это была Марина, первоклассница с внешностью воробушка: рыжая, растрепанная, с конопушками. Знаете, в отношении такого типажа у французов есть удивительно точная фраза «страшно красивая».

Так вот это было именно такая – удивительно несуразная, но очень живая и притягательная мордашка.

– Ты же некрасивая! – безапелляционно заявили красотки, чуть было не подравшиеся ранее.

– Зато у меня в старших классах учится три сестры, они уже обо всем договорились, – спокойно ответила Марина.

В этот момент к нам подошел ученик 11 класса. Он взял и посадил к себе на плечо этого рыженького воробушка, Марину. Так мы узнали главное правило жизни: связи решают всё!

Потом было очень много других фотографий, школьных событий, уроков, звонков, перемен... Но сегодня, 1 сентября вспомнилась именно эта линейка.


0

0

0

0

0

0



Темы