0°C
Салехард

Общество

В Крыму вспоминают, чего боялись до референдума

За четыре года ямальцы успели привыкнуть к тому, что «крымнаш», и ездят туда без таможен и границ. Накануне очередной годовщины «крымской весны» жители полуострова вспоминают те непростые времена, когда решалась их судьба и предстояло выбрать или-или. «КС» пообщался со свидетелями тех событий.


ГОТОВЫ БЫЛИ СТОЯТЬ НАСМЕРТЬ

Александр Бегунов, который в свое время служил в десанте и прошел горячие точки, участвовал в организации народного ополчения.

– Мы с ребятами-добровольцами довольно быстро собрали отряды самообороны, чтобы противостоять нападению «Правого сектора» и других экстремистских формирований, – вспоминает он. – К нам присоединились и казаки. Уже в феврале мы стояли на блокпостах в районе Чонгара.

Помню, как перед самым референдумом, 14 марта, туда со стороны Украины подъехали ветераны ВДВ из Кривого Рога. Поставили палатки, встали лагерем. Мы с нашей стороны тоже укрепили позиции, были готовы ко всему. Но стрельбу никто не открывал. Так простояли довольно долго, и, в конце концов, всё сошло на нет. Конечно, без операции, условно называемой «вежливые люди», нам против ВСУ было бы не выстоять. За себя скажу так: я русский, долго ждал, когда Россия окрепнет настолько, что сможет забрать нас обратно, и готов был насмерть биться за это. И вот сбылось. Что я чувствую? Что мы дома, – говорит Александр Бегунов.

А ВДРУГ МЕНЯ В СПИСКАХ НЕТ?

Ирина Синани вспоминает, когда 3 марта 2014 года объявили, что референдум состоится, стали буквально считать дни, очень боялись, что противники референдума могут помешать и всё сорвется:

– Уже начиналась война на Донбассе, нам тоже угрожали. Страшные события под Корсунью, где громили автобусы с крымчанами, где убили наших парней, показали, что может быть дальше, если это не остановить. Украина отправила к нам так называемый «поезд дружбы» с боевиками, которые должны были устроить здесь большую бойню. К счастью, он не доехал, говорят, в последний момент бандеровцы передумали.

В те дни мне казалось, что время тянется на редкость медленно. Еле дождалась 16 марта. С раннего утра забеспокоилась, вдруг меня нет в списках для голосования. Мы с мужем и дочкой пошли пораньше, к открытию участка, проверили, есть ли в документах наши фамилии. Всё оказалось в порядке. Проголосовали. Тогда еще страшно было, вдруг люди испугаются, многие не придут на референдум и не возьмет нас Россия под свою защиту. И тогда новые хозяева Украины сделают с нами то, что сотворили с Донбассом.

Но таких, как мы, оказалось очень-очень много. Люди шли и шли. Как на праздник. И я не преувеличиваю. Моя знакомая даже сшила специально к этому дню платье-триколор, в котором и отправилась голосовать, – вспоминает Ирина Синани.


АКЦЕНТЫ

Анархию победили, ждут мост и падения цен

18 марта 2014 года после подведения итогов референдума было объявлено о вхождении Крыма в состав Российской Федерации. Вместе с изменением статуса возникли и некоторые правовые проблемы…

Крымчанам пришлось привыкать к новым законам, менять украинские документы на российские, приноравливаться к новым правилам жизни.

– Конечно, за четыре года многое изменилось, – рассуждает татарин Борис Хасьянов, который родился и всю жизнь прожил в Евпатории. – При Украине законы практически не работали. Было так: кто сильнее, у кого связей больше, тот и прав. Можно сказать, здесь была анархия. С переходом в Россию в этом смысле всё стало меняться. Теперь есть закон, и его требуется выполнять. Не всем это нравится, но пусть привыкают.

Очень увеличились пенсии. У моей жены до референдума пенсия была 900 гривен, что в пересчете на российские деньги составляло в то время примерно 3600 рублей, а теперь 11 тысяч рублей, что по курсу пять тысяч гривен. Конечно, это тоже не бог весть сколько, но уж побольше, чем раньше. И еще хочу сказать, что мои надежды оправдались. Да я никогда и не считал, что Крым – это Украина. Историю-то все учили и помним, как Хрущев, не спрашивая людей, взял да указом «пришил» нас к этой республике. Коммунисты же считали свою власть вечной, а мы за это столько лет расплачивались насильственной украинизацией полуострова, – говорит Борис Хасьянов.

Ирина Власова, преподаватель из Симферополя, говорит, люди понимали, что преобразования всегда связаны с трудностями:

– Но это такая мелочь по сравнению с тем, что нам грозило. Ведь украинский национализм становился всё воинственнее, на Донбассе разворачивались военные столкновения, майдан требовал всё новых жертв. Так что всё, что было сделано тогда по отношению к нам, было сделано правильно. Это вам скажет любой нормальный житель полуострова.

Да, со времен Украины пока не решены проблемы в ЖКХ, здравоохранении и других сферах. Но сдвиги есть. В Крыму строятся и ремонтируются дороги, возводятся новые медицинские центры, меняется к лучшему вся инфраструктура. И мы это замечаем, – утверждает собеседница.

После референдума Крым из полуострова, по сути, превратился в остров. Железнодорожное сообщение, которое раньше проходило через Украину, было прервано. Сейчас гости и жители региона пользуются керченской паромной переправой и авиалиниями. В нынешнем году обещают сдать в эксплуатацию Крымский мост. Что изменится после этого?

– Всё изменится, – уверен Борис Хасьянов. – Экономика сразу получит стимул. Сейчас, например, тех же стройматериалов с материка очень мало поступает. Ну, сколько можно завезти на паромах? Да и ценник кусается. Одну машину пригнать предпринимателю стоит немалых денег, две машины дорого, а пять машин – разорение. По железке же сразу пойдут целые эшелоны со всяким товаром. И даже на автотранспорте без парома продукции будет завозиться в разы больше. И тогда цены у нас обязательно упадут, и людям будет легче жить.


0

0

0

0

0

0



Темы