обновлено: 04:12, 07 сентября 2026
Энергетика
Сквозь лед и ветер: путь Ямала от первых палаток до гигантских промыслов
Палатки, зимники, газопроводы: невероятная история освоения Ямала
Когда первые геологи пришли на Ямал, казалось, что добывать здесь газ — это все равно что строить город на льду. Вокруг бескрайняя тундра, морозы под −50, долгая полярная ночь, а под ногами — вечная мерзлота, которая фундамент не держит. Весомый «наборчик» для тех, кто настроен преодолеть любые трудности. Первопроходцы были именно такими людьми. Раз стране нужны нефть и газ — значит их добудут…
Время для чтения ~ 13 минут
Бованенково — 4,9 трлн кубометров газа. Уренгойское — освоение сложнейших ачимовских залежей. Новопортовское — собственный арктический терминал. Это не цитаты из учебника, а реальность современных промыслов Ямала. В России 6 сентября отмечается День работников нефтяной и газовой промышленности. Почему этот праздник особый для Ямала, читайте в «Красном Севере».
В междуречье Оби и Таза
Все начиналось с экспедиций в 1960–70 х годах. Геологи, первопроходцы высаживались в чистое поле, то есть в тундру, озирались-осматривались вокруг и подбадривали друг друга: «Вот здесь скоро забьет фонтан нефти (газа), а где-нибудь там — построим поселок, может даже город красивый такой, и заживем!». Но сначала их домом стали палатки и временные балки, а главным транспортом — вездеходы и вертолеты. Геологи шли по маршрутам, где не было ни дорог, ни связи — ориентировались по компасу, солнцу и собственным заметкам.
Через текст подобное сложно передать. Но представьте, тихую бескрайнюю тундру. Например, лето — огромные поля из зеленеющего, пружинящего под ногами мха и ягеля, множество заболоченных участков и море гнуса над головой. И вы, вчерашний выпускник, скажем, Ленинградского горного института (ныне Санкт-Петербургский университет), стоите вместе с товарищами посреди этой дикой красоты и бурите шурф. Позади вас только палатка и больше ничего. Хотя пейзаж однажды оживил аргиш кочевников — несколько десятков оленьих упряжек, промчались невдалеке. А зимой, в такой же ситуации вас окружает полумрак полярной ночи и звенящая на ветру стужа. Холодно, голодно, до теплого уюта цивилизации сотни и сотни километров, но надо искать и добывать углеводороды…
А если конкретнее, то освоение Ямала началось с региональной геофизической съемки 1959 года в междуречье Оби и Таза. Тогда никто еще не знал, что под тундрой скрыты колоссальные запасы газа. Хотя в далекие 1930-е годы академик Иван Губкин высказывал гипотезу о залежах углеводородов в этом районе, но ему не поверили. Еще бы, ведь до 70% территорий Западной Сибири занимали непроходимые болота и бурить в непроходимой трясине Заполярья казалось нерентабельным.
Фонтан забил в Тазовском и началось…
Тем не менее, страна не могла полноценно развиваться без энергоносителей. Поэтому геологи в 60-х пришли на Ямал. Первое в округе месторождение открыли инженеры-геофизики Аркадий Краев, Владимир Волков, Марлен Шарафутдинов, мастера бурения Геннадий Дубинин и Геннадий Быстров, бурильщики Виктор Погодаев и Вячеслав Рытов. В 18 километрах от поселка Тазовский, на Мамеевском мысу 14 апреля 1962 года на Тазовской скважине Р-1 ударил первый газовый фонтан.
Правда, через сутки он заглох — обвалились стенки скважины, буровая вышка тоже была разрушена. Но в масштабах страны это казалось уже не важно — процесс освоения Ямала был запущен. Скважину перебурили, а осенью 1963 года получили приток газа дебитом в миллион кубометров. После Тазовского открытия посыпалось одно за другим. Новопортовское, Губкинское — 27 мая 1965 года, запасы 350 млрд кубометров, Заполярное — 20 октября 1965 года, запасы 3,5 трлн кубометров. Но главным событием стал Уренгой.
Начальник Нарыкарской нефтеразведочной экспедиции Иван Гиря в конце 1965 года собрал работников в клубе поселка Нарыкары. Это населенный пункт в Ханты-Мансийском автономном округе. Гиря объявил, что экспедиция перебазируется за тысячи километров к полярному кругу, в поселок Уренгой. В нем тогда жили всего два десятка человек, не было ни детского сада, ни школы.
В общем, экспедиция перебазировалась. Буровики обосновались в стороне от поселка Уренгой — жили в бараках заброшенного лагеря 501-й стройки. Сам мастер бригады Владимир Полупанов переделал бывший карцер себе под кабинет. В мае 1966 года бригада Полупанова начала бурить скважину Р-2 на Уренгойской структуре. А 6 июня того же года из скважины ударил фонтан природного газа с суточным дебитом около 6,5 миллиона кубометров. Кстати, промышленную добычу на Уренгойском месторождении запустили только в 1978 году, в те же годы усиленно строили будущий город Новый Уренгой.
Среди других крупных месторождений того времени, конечно же, Медвежье, запущенное в 1971-м году. Возле него и вырос город Надым. А еще были обнаружены Ямбургское, Бованенковское, Харасавэйское и десятки других месторождений. К началу 1990-х тюменские геологи открыли более 400 месторождений. За открытие и разведку газовых месторождений Ямала звания Героя Социалистического Труда получило немало геологов.
Вахтовые поселки и умение обустроить быт
Но открыть месторождение — одно, а добывать природные богатства — совсем другое. Когда геологи и нефтяники открывали крупное месторождение, рядом срочно нужна была база для специалистов, техники и снабжения. Поэтому сначала ставили палатки, вагончики, временные склады. Они постепенно обживались.
Так в древней тундре Ямала появились вахтовые поселки и вагон-городки — целые временные города из балков, модулей и бочек. В них умещалось все: жилье, столовая, баня, медпункт и даже клуб. Условия были спартанскими, но люди сумели сделать быт теплым и человеческим — варили уху из местной рыбы, устраивали концерты самодеятельности, писали письма домой и ждали вертолет с посылками.
Однако масштаб добычи быстро рос, на дальнейшее освоение Ямала требовались постоянные кадры, инфраструктура, жилье, школы, больницы. И тогда временные поселки начинали трансформироваться, появлялась капитальная застройка, формировалась городская среда. Впоследствии из вахтовых поселков родилась большая часть ямальских городов. Это Ноябрьск, Надым, Новый Уренгой, Муравленко, Губкинский. И немало поселков — Ханымей, Пангоды, Уренгой, Ямбург, Лонгъюган, Правохеттинский и другие.
Как изменились нефтегазовые промыслы на Ямале
Первые промыслы на Ямале были компактными и простыми — скважины, сепараторы, минимальные системы подготовки газа. Но, ветераны отрасли отмечают, что уже тогда закладывались принципы обустройства и работы промыслового участка с учетом мерзлоты, минимизации воздействия на хрупкую тундру, надежность в экстремальных условиях. Сейчас такие подходы на месторождениях стали стандартом.
Постепенно на месте временных вахт выросли крупные промышленные узлы. Появились магистральные газопроводы, компрессорные станции, системы подготовки и осушки газа. Так, в 1972 году запустили самый первый из них Надым — Пунга. Он соединил Медвежье газовое месторождение (через Надым) с поселком Пунга в Тюменской области. И далее газ шел на Урал. А в 1983 году открыли знаменитый международный газопровод Уренгой — Помары — Ужгород.
В наши дни в регионе действует несколько крупнейших нефтегазовых промыслов. И не только в масштабах страны, но и мира.
Среди них — одно из крупнейших на планете по начальным запасам углеводородов Уренгойское месторождение. Его начальные запасы газа (С1+С2) составляли почти 11 трлн куб. м. Правда за годы эксплуатации газ более доступных пластов почти выбран, но сейчас фокус сместился на освоение глубоких ачимовских залежей. А это тоже настоящий углеводородный клондайк. Запасы ачимовских отложений на месторождениях ООО «Газпром добыча Уренгой» составляют более 1 трлн куб. м газа и 400 млн тонн конденсата.
Бованенковское месторождение — это опорный пункт Ямальского центра газодобычи. По разведанным запасам газа оно — крупнейшее на полуострове Ямал. Начальные запасы оцениваются почти в пять трлн куб. м., а проектный уровень добычи — около 115 млрд куб. м. в год. На Бованенково впервые в России внедрили единую производственную инфраструктуру для одновременной добычи из залежей разной глубины: сеноманских (520–700 м) и апт-альбских (1200–2000 м). Здесь высокая степень автоматизации, что позволяет минимизировать присутствие людей на объектах. Месторождение интегрировано в северный газотранспортный коридор.
Ямбургское и Заполярное месторождения часто рассматривают вместе, так как ими управляет ООО «Газпром добыча Ямбург». Эти промыслы тоже активно модернизируют. Например, здесь внедряют модульные компрессорные установки (МКУ) для схемы «распределенного компримирования». Такая схема помогает увеличить плановые показатели по добыче газа.
Новопортовское месторождение также развивается по современным подходам. Здесь учли специфику арктических условий и для вывоза нефти построили специальный морской нефтеналивной терминал «Ворота Арктики». Сооружение высотой более 60 метров обеспечивает круглогодичную отгрузку нефти на танкеры. Он работает в экстремальных природно-климатических условиях: при температуре до -50 °C и во льдах толщиной до 2,5 метра.
Газовики и нефтяники берегут природу Ямала
Арктическая природа восстанавливается десятилетиями, поэтому нефтегазовые компании на Ямале работают по принципу «не навреди». Например, на Бованенковском месторождении применяют парожидкостные термостабилизаторы и теплоизолированные трубы для скважин — они не дают грунту оттаять.
Под технические объекты отводят минимально возможную площадь, а дороги и трубопроводы поднимают на сваях, чтобы не нарушать тепловой баланс тундры и не перекрывать пути миграции оленей. Или, на Новопортовском месторождении и терминале «Ворота Арктики» действует технология «нулевого сброса» — никакие производственные стоки не попадают в акваторию Обской губы.
Также на месторождениях буровой шлам не просто утилизируют, а перерабатывают методом отверждения (капсулирования). Так получают строительный материал, который потом используют для отсыпки кустовых площадок и дорог. Нарушенный почвенно-растительный слой восстанавливают с помощью специальных травосмесей, адаптированных к условиям Заполярья. К примеру, на Юрхаровском месторождении таким образом вернули к жизни участки тундры, разрушенные еще в 1970–1990-х годах при геологоразведке. Здесь же построили собственную установку производства метанола и отказались от доставки химически активного продукта извне, чтобы снизить риски.
На Ямбургском месторождении геофизические исследования скважин проводят без выпуска газа в атмосферу, используя средства телемеханики и телеметрии. Попутный газ используют на собственные нужды промысла вместо сжигания на факелах. Кроме того, на объекте внедрена система «нулевого сброса» — замкнутый цикл водообеспечения.
Авторы
Владимир Ганчерко
Журналист
обновлено: 04:12, 07 сентября 2026