Общество
Сквозь мороз, пробки и шлагбаумы: как пожарные Ноябрьска добираются до огня и почему дорога — часть спасения
День автомобилиста в России отмечают в последнее воскресенье октября, в 2026 году праздник выпадает на 25 число. Накануне даты корреспондент «Красного Севера» встретилась с человеком, для которого «довезти без происшествий», «подать воду вовремя» и «успеть спасти» — не строчки из инструкции, а дело жизни.
Время для чтения ~ 10 минут
За 23 с половиной года в пожарной охране прапорщик внутренней службы старший инструктор по вождению пожарной машины — водитель специализированной пожарно-спасательной части ФПС ГПС ГУ МЧС России по ЯНАО Николай Федосеев привык: если звучит тревога — значит, кому-то прямо сейчас нужна помощь. И между «сиреной» и «первой подачей воды» — каждая секунда на счету.
Техника, которая не подводит даже в -45
Николай уверенно говорит о машинах так, будто это живые напарники: «У нас есть несколько видов машин: КамАЗы, «Уралы», есть «Газон». Но мы на определенной машине не ездим, используем разные».
Для тушения небольших возгораний особенно ценен маленький КамАЗ ПСА: «Он верткий, юркий, а на крупные пожары хорош КамАЗ с запасом воды в восемь тонн».
Особой любовью у Николая пользуются «Уралы»: «Они уже, правда, старенькие, но очень надежные. На севере меньше ломаются. В них меньше электроники, у них отличная печка — всегда тепло. Главная особенность — насос стоит в кабине. А у КамАЗов насосы снаружи. Приходится стоять на улице, подавать воду».
Тундра, факел и замерзшая солярка
Север не прощает ошибок, и техника здесь — как человек: ее нужно беречь, утеплять, проверять. «Морозы влияют, конечно, на машины. У нас же не утепленная цистерна. А когда температура опускается под -40, утепляем все, что можем: шланги, трубки, дополнительные печки ставим. Следим за маслом, жидкостями, чтобы не замерзали. Каждое утро проверяем насос на вакуум, на давление, все масла, задвижки, полугайки; плюс ежемесячное техобслуживание. Есть определенный инвентарь, который принимает водитель: водосборники, сетки, всасывающие рукава, чтобы на резине не появились порезы, потертости».
Один из самых памятных выездов Николая случился лет 15 назад на одном из газовых месторождений за микрорайоном Вынгапуровский. Загорелась газовая скважина. «Было очень холодно, -45 градусов. Поехал на «Урале». Через время замерзла солярка. Но я дотянул. Скорость была километров 5–7 в час. Ехал очень долго, время казалось вечностью. После еле согрелся. Машину чинили на улице. Подъехали близко к факелу. С одной стороны, пока был двигатель теплый, руки не мерзли. А спина горела от тепла, от факела, жарко. Не слышали друг друга, шумно, можно только кричать. Снег тает вокруг, мороз, туман, факел пылает… Но мы справились».
Счет на секунды
На пожаре нет времени на долгие объяснения. Здесь работает особый язык — доверия и полуслов:
«Слаженность караула — это, наверное, одно из самых главных условий работы. Мы должны друг друга понимать, выручать, доверять друг другу. Ведь от наших действий зависит жизнь коллег, напарников. Каждый раз принимаешь решение за секунды. Например, мы смотрим за состоянием пожарных рукавов, если они порвутся, надо мгновенно выключать воду».
И даже в хаосе огня и дыма есть свои нормативы: «Ствол первой помощи буквально за 18–20 секунд должны подать, но в жизни по-разному бывает. Влияет местность, во дворах — припаркованные автомобили, нечищеные от снега дворы… Да и человеческий фактор играет роль, не все могу быстро среагировать», — говорит Николай.
По его словам, типичные проблемы Ноябрьска — это дороги и отдельные водители, которые не спешат уступать проезд спецтранспорту. При этом он отмечает, что в целом местные жители слышат сирену и стараются пропустить пожарных, но порой просто физически не могут этого сделать. Особенно сложно приходится в пробках. «После обустройства проспекта Мира и Советской улицы ситуация местами усложнилась: посередине дороги появилась раздельная полоса, и если пожарный расчет попадает в пробку, то приходится стоять подолгу. Даже когда другие водители искренне хотят пропустить спецмашину, места для маневра просто нет. Выехать на встречную полосу тоже не получается — мешают деревья».
Николай с досадой вспоминает обидный случай: расчет прибыл к центру продажи автомобилей, где из окна уже полыхал огонь, а внутри никого не было. Не удалось быстро попасть внутрь.
«Папа, покатай на красной машине»
У Николая четверо детей, и его график — это постоянные качели между «я на сутках» и «я дома». Но за 23 года семья научилась жить в этом ритме: «Утром, конечно, жена собирает меня на службу. Бывают внезапные вызовы, но она уже привыкла».
Быт держится на взаимной поддержке: «Жена посменно работает в перинатальном центре. Бывает, сутки дежурит. Тогда хозяйство на мне. Когда оба работаем, за младшими присматривают старшие дети. Если меня нет долго дома, чувствую себя виноватым перед детьми. Стараюсь их побаловать».
Главное семейное приключение — поездки на рыбалку: «У нас есть «наше» место, мало кто туда ездит. Очень чистое озеро, теплое. И мы всей семьей туда едем с ночевкой: с шашлыками, с музыкой. Ловим рыбу, катаемся на лодке, квадроциклах. Возвращаемся домой довольные, уставшие от отдыха».
«Наверное, нет такого пожарного водителя, у которого дети не сидели в спецмашине. Им интересно: она большая, красная, яркая, много рычагов, кнопок, сирена. Да и про работу расспрашивают, когда приезжаю домой. Младшие — про спасенных на пожаре кошек, собак. Рассказываю, но про трагические не говорю».
Безопасность в семье Федосеевых — не абстрактное слово, а ежедневные привычки, детей с рождения учат, как вести себя, случись непредвиденное.
Лучшая мотивация
Николай говорит, что в профессии его держат чувство полезности, а еще — дружный, понимающий коллектив. По его словам, самое тяжелое в работе — это ответственность за людей, которых он везет и тех, к кому спешит на помощь, а еще — напряженное ожидание сигнала тревоги. Он признается, что предпочел бы, чтобы тревожные вызовы звучали пореже, вспоминает поговорку: «Пожарный спит — страна богатеет».
Даже в спокойные дни, отмечает Николай, жизнь в пожарной части не замирает: сотрудники постоянно что‑то обустраивают и улучшают. Он с гордостью вспоминает, что несколько лет назад часть была признана лучшей в России.
Периодически приходится участвовать в соревнованиях, отрабатывать навыки: повторять правила дорожного движения, держать себя в хорошей физической форме. После крупных пожаров, когда эмоции особенно сильны, сотрудников не оставляют справляться с переживаниями в одиночку. С командой работает психолог, а после масштабных происшествий, таких как лесные пожары или наводнения, организуют дополнительную поддержку.
Николай Федосеев считает: чтобы быть пожарным, прежде всего, нужно по-настоящему влюбиться в эту работу — тогда многое получится. Но при этом добавляет: одной любви недостаточно, она должна подкрепляться дисциплиной и выносливостью.
При устройстве на работу в пожарную часть недостаточно быть просто здоровым, от человека ждут готовности трудиться в тяжелой экипировке, переносить пожарные рукава, действовать в условиях высокой температуры и плохой видимости, нестандартному графику. Не менее важна способность сохранять самообладание, справляться со стрессом. Николай поясняет, что даже после суток работы человека могут снова вызвать на службу, а на следующий день он остается на поддежурке — то есть не считается полностью свободным, ведь, если все расчеты уехали на вызов, он обязан по первому зову прибыть в часть. Кроме того, немаловажно умение быть частью команды.
«У нас каждый день как новый. Нет рутины и предсказуемости. Сегодня — учебные нормативы, завтра — крупный пожар, послезавтра — помощь при ЧС. Этим и интересна работа пожарного. Скучать точно не придется. А понимание, что мы спасаем жизни людей — лучшая мотивация», — заключил собеседник.
